Мельницы богов

Бет подняла удивленные глаза:

– Зачем, ма? Это был Джордж Майкл.

Стены комнаты пестрели постерами с портретами музыкантов: группа «Кисс» и Ван Хален, «Мотли Крю», Альдо Нова и Дэвид Ли Рот.

На кровати валялись журналы «Севентин», «Тин Айдл» и с полдюжины других в том же роде. Одежда была разбросана по полу.

Мэри в отчаянии оглядела весь этот беспорядок:

– Бет… как ты можешь так жить?

Бет недоуменно уставилась на мать:

– Жить? Как именно?

Мэри скрипнула зубами.

– Никак.

И, заметив конверт на письменном столе, спросила:

– Пишешь Рику Спрингфилду?

– Я в него влюблена.

– А я думала, ты влюблена в Джорджа Майкла.

– Я сгораю по Джорджу Майклу, но влюблена в Рика Спрингфилда. Ма, неужели в твое время такого не было?

– В мое время мы были слишком заняты, перегоняя фургоны поселенцев через всю страну.

Бет вздохнула:

– Знаешь, какое паршивое детство было у Рика Спрингфилда?

– Откровенно говоря, Бет, понятия не имею.

– О, это ужасно. Его отец был военным, и они часто переезжали.

«Так вот в чем причина безумной диеты Бет!»

– Мама, можно, я в субботу вечером пойду в кино с Верджилом?

– Верджил? А что случилось с Арнольдом?

Молчание.

– Арнольд распускал руки. Он отстой!

Мэри заставила себя говорить спокойно:

– Под «распускать руки» ты имеешь в виду…

– Только потому, что у меня начали расти груди, мальчишки воображают, будто я на все готова. Мама, ты когда-нибудь смущалась из-за своего тела?

Мэри обняла дочь:

– Да, дорогая.

– Ненавижу месячные и груди и когда волосы повсюду. Почему?

– Такое бывает с каждой девочкой, и ты к этому привыкнешь.

– Не привыкну, – свирепо прошипела Бет, отстраняясь. – Я не против любви, но секс?! Никогда! Никто меня не заставит. Ни Арнольд, ни Верджил, ни Кевин Бэйкон.

– Что же, если таково твое решение… – серьезно начала Мэри.

– Определенно. Ма, что ответил президент Эллисон, когда ты отказалась стать его послом?

– Он вынес это с честью, – заверила Мэри.

Мэри ненавидела готовить и, как следствие, не умела этого делать. А поскольку во всем стремилась быть первой, не терпела стряпню еще больше. Из этого порочного круга имелся выход: трижды в неделю приходила Люсинда, готовила и убирала дом. Но сегодня у нее был выходной.

Когда Эдвард вернулся домой, Мэри была на кухне и успела сжечь горошек.