Шиншилла

Довольно улыбнувшись, я обняла его одной рукой вокруг талии, а в другой ещё держала остывающий картонный стаканчик с исчезающим по глоткам кофе. Зеро был высоким, но что касалось толщины, то она меня ненамного превосходила. Такой же хрупкий подросток, только глаза ещё наивнее, улыбка ещё мягче, добрее. Молодой человек погладил меня по голове и взял лицо в свои вытянутые ладони.

– Теперь лучше? Всё видишь?

Я кивнула и отпила кофе.

– Я тебя люблю, – произнесла я так, как сообщают «обед готов». Не потому, что в эту фразу я не вкладывала души, а потому, что мне она давалась легко, стоило мне посмотреть на Зеро.

Слова сами срывались с языка. Я говорила их ему часто, потому что не собиралась сдерживаться. Если я любила, то об этом готова была кричать, а не затаиваться.

– И я тебя люблю, Шилл. – Он облокотился на капот и, взяв меня за плечи, усадил на свои колени, развернув на восток, чтобы я любовалась долгожданным рассветом, ради которого якобы сюда приехала. А, может, и в самом деле, ради него? Блёклые и холодные отсветы солнца пока появлялись сизой и туманной голубизной.

Небо должно было посветлеть, прежде чем светило соизволит явиться собственнолично. – Представь, мы также лет через тридцать, а то и сорок, будем вместе и встречать солнышко? Только на балконе своего дома.

– Угу, и кофе нам принесет горничная, да? – поддержала я, допив содержимое стакана и отставив его. Да, это я говорила, что мечтать не люблю, и что мечты – ересь. Но не когда они одни на двоих.

Мечтать вместе – вот что здорово. Вот что объединяет и роднит сильнее, чем секс. – И я буду в шелковой сорочке, прикрытой полупрозрачным кружевным пеньюаром.

– Фу! Как перезрелая тетка! – возмутился Зеро, задвинув мой образ леди.

– Правда?

– Да, лучше уж голая. – Он поцеловал меня в ухо. От легкой щекотки я вжала голову в плечи, которые он обнял сильнее. Небо открывалось нам навстречу.

– Голой холодно. – Его руки, накрывая мои, казались моими же крыльями. Потому что придавали мне внутренней свободы и делали защищенной.

А ещё они заставляли меня порхать. Фигурально выражаясь.

– А детей у нас сколько будет? – Играя с моими маленькими ладошками, он перебирал и гнул мои пальцы.

– Много. Куча. Выводок Зерошиллок. – Я засмеялась, и он отразил смех эхом.

Первый золотой луч выбился сквозь небесные дали и резанул нам счастливые глаза, позолотив их. Воздух был морозен, прозрачен и наполнен неведомым будущим, несущимся нам в лицо.