Расколотые сны

И если даст ему хороший совет, возможно, он переключится на другую и оставит Эшли в покое.

– Ну и ну! – ухмыльнулась Тони. – Она совсем тронулась! Ханжа чертова! Теперь потащится домой к этому ублюдку. Да у нее окончательно крыша поехала! Поверить не могу, что она настолько глупа! Вот уж точно, две извилины в голове!

– Она честно хочет ему помочь. Что тут плохого?

– Брось, Алетт! Когда ты поумнеешь? Давно пора повзрослеть. Этой твари не терпится вставить ей пистон!

– Неужели она настолько наивна?

– Именно! Лучше не скажешь!

Жилье Тиббла походило на берлогу современного вампира: стены увешаны постерами из старых фильмов ужасов вперемежку с вырезанными из журналов снимками обнаженных моделей и хищных зверей.

Столы были заставлены крохотными деревянными скульптурками, изображавшими мужчин, женщин и животных в непристойных позах.

«Настоящая обитель безумца», – подумала Эшли, с отвращением оглядываясь. Ей не терпелось поскорее отсюда выбраться.

– Беби, я чертовски рад, что ты согласилась прийти.

Буду у тебя в вечном долгу, если…

– Я ненадолго, Деннис, – перебила Эшли. – Рассказывай поскорее, у меня мало времени. Кто эта женщина?

– Поверь, это что-то! – плотоядно облизнулся Деннис, протягивая ей пачку сигарет. – Хочешь?

– Я не курю.

– Как насчет выпивки?

Тиббл щелкнул зажигалкой и глубоко затянулся.

– И не пью.

– Не куришь, не пьешь, – хохотнул Деннис. – Настоящее сокровище. Что же нам остается? Самое интересное? Да, детка?

– Деннис, если ты не перейдешь к делу… – угрожающе начала Эшли.

– Шучу! Шучу!

Деннис умиротворяюще поднял руки, подошел к бару и налил в бокалы вина.

– Может, все-таки попробуешь? Что тебе сделается от одного глоточка?

Он вручил ей бокал. Эшли чуть пригубила.

– Рассказывай о мисс Совершенстве.

Деннис устроился на диване рядом с Эшли.

– Поверишь, в жизни не встречал ничего подобного! Такая же секси, как ты, и в постели…

– Немедленно прекрати, или я ухожу!

– Зайка, нечего спускать на меня собак! Я думал сделать комплимент, а ты… Ладно, короче говоря, она втрескалась в меня по уши, но ее предки слышать ничего не хотят.

Понимаешь, отец – важная шишка и запретил мне пудрить мозги его доченьке.

Эшли молча слушала.

– Видишь, в чем штука: если я надавлю, она выскочит за меня, но ее «шнурки» встанут на дыбы. Не видать нам тогда ни цента из папашиных бабок. Значит, когда-нибудь она наверняка свалит всю вину на меня.