Утро, день, ночь

К сожалению, нет. Меня вызывают на работу. А я собирался пригласить вас завтра на пикник.

Жена взяла его за руку.

– Не волнуйся, дорогой. – По голосу чувствовалось, что она очень его любит. – Твоя работа важнее.

«Не важнее семьи, – мысленно возразил он. – Дэн Куэйл меня бы понял. – Внезапно зачесалась рука. – С чего бы это? – почесываясь, подумал он. – Пожалуй, надо обратиться к дерматологу».

Джон Коттон работал помощником менеджера в местном супермаркете. Крупный мужчина лет пятидесяти с небольшим, он согласился тренировать команду Малой лиги, потому что в ней играл его сын.

Супермаркет закрылся, и Джон Коттон шагал к своему автомобилю, когда к нему подошел незнакомец со свертком в руке.

– Извините, мистер Коттон.

– Да?

– Вас не затруднит уделить мне минуту-другую?

– Магазин закрыт.

– О, речь не об этом. Я хотел поговорить с вами о моем сыне. Билли очень расстроен, ведь вы сняли его с игры и сказали, что больше он играть не будет.

– Билли – ваш сын? Я сожалею о том, что он вообще вышел на поле. В будущем такое не повторится.

– Вы несправедливы к нему, мистер Коттон! – с жаром воскликнул Папа. – Я знаю Билли. Он станет отличным игроком. Вот увидите. Уже в следующую субботу…

– Он не будет играть в следующую субботу. Я отчислил его из команды.

– Но…

– Никаких «но». Отчислил, и точка. Если с этим все ясно…

– Нет, не все. – Отец Билли развернул бумагу и достал бейсбольную биту. В его голосе слышались просительные нотки.

– Послушайте, мистер, плевать мне на эту биту. Ваш сын отчислен из команды!

Отец Билли тяжело вздохнул:

– Вы уверены, что ваше решение окончательное?

– Абсолютно.

Коттон протянул руку, чтобы открыть дверцу, и в этот момент отец Билли ударил бейсбольной битой по заднему окну. Стекло, естественно, разлетелось вдребезги.

Коттон вытаращился на него.

– Что… что вы делаете!

– Разогреваюсь, – объяснил Папа и вновь взмахнул битой.

На этот раз удар пришелся по колену Коттона. Джон Коттон вскрикнул и упал на асфальт, корчась от боли.

– Сумасшедший! Помогите!

Отец Билли присел рядом на корточки, обаятельно улыбнулся.

– Еще один крик, и я раздроблю вам вторую коленную чашечку.

Коттон замер, побледнев от ужаса.

– Если мой сын в следующую субботу не выйдет на поле, я убью вас и вашего сына.