Последнее дело Лаврентия Берии

Берия искренне любовался русской природой, хотя и предпочитал природу родной Грузии. Воздух был студеным, голубоватым. Одно слово – Сибирь. Лаврентий Павлович мог любоваться природой часами – его волновал каждый порыв ветра, всякий шелест дерева. Солнце ли выглянуло, дождь ли собрался, снег ли выпал – он в восторге. Каждое утро он отмечал малейшие изменения в природе. И вдруг! Сначала Берия не поверил себе: в саду завыла собака. Этого быть не должно. Здание тщательно охранялось. На всякий случай он вернулся в комнату, сел за стол, стал медленно потягивать свое любимое сухое грузинское вино, читать вечерние газеты и обдумывать последние события.

В вечернем выпуске газеты «Правда» за 28 февраля ничего такого интересного, что бы привлекло внимание Лаврентия Павловича, не оказалось. Берия вспомнил недавнее сообщение о том, что 1 февраля этого года 50 основных дамб Голландии были разбиты волнами Северного моря. Огромные штормовые волны хлынули на побережье Голландии, прорвав защитные сооружения, которым насчитывалось несколько сотен лет.

Утонуло 1835 человек. 9 января потонул южнокорейский паром у Пусана, погибло 249 человек. «Вот и буржуев покарал Господь. Как говорится, баба скачет задом и передом, а жизнь идет своим чередом: где-то достигали успехов, где-то случались катастрофы», – подумал Берия. Он любил русский язык за возможность говорить вычурно. На стопке газет лежало донесение о перебежчике из Кореи. Прочитав его, Лаврентий Павлович принял решение – немедленно, этим же утром вылететь в Москву.

1 марта, 11 часов 7 минут. Самолет в Казань

Только сейчас Лаврентий Павлович смог вылететь в Москву на борту самолета Ил-12. Берия боялся летать на самолете, но постоянно преодолевал эту фобию. Он пользовался персональным самолетом, поскольку часто было необходимо срочно сорваться из Москвы и на месте решить больной вопрос. От Челябинска до Москвы 4 часа полета, но должна быть посадка в Казани для дозаправки. Берия решил использовать время по полной и остановиться в Казани, чтобы обсудить с лидерами Татарской Автономной Республики положение с нефтедобычей в Волжском нефтеносном районе.

После войны обнаружилась резкая нехватка нефти в СССР, и тогда Сталин вновь призвал Берию спасать положение.

Мысли продолжали скакать с одной темы на другую. В очередной раз мысль Берии перескочила на Корею. Он стал думать, что стоит за перебежчиком. Не подстава ли это – от американцев всего можно ждать.