Последнее дело Лаврентия Берии

Но его не произошло, и войну пришлось продолжать на фоне все увеличивающегося вовлечения в конфликт Соединенных Штатов и их союзников.

И только 28 июня, после решения Совета Безопасности ООН, принятого в отсутствие советского представителя, который мог бы воспользоваться правом вето, все члены Политбюро, за исключением Ворошилова (плюс пара человек из МИДа, кажется, это были Громыко и Зорин, но их имена Берия помнил не совсем точно), долго думали, как быть, решая вопрос, как дипломатическим путем уладить корейский конфликт.

Когда члены Политбюро получили сообщение, что Трумэн приказал бомбить Северную Корею и ввел морскую блокаду побережья и начали бомбить северян, членов Политбюро, особенно Маленкова, охватила почти что тихая паника.

О продолжении наступления на Юг речь не шла, иначе бы, конечно, пригласили Василевского и Штеменко. В этот день Булганин радостно доложил о том, что скоро будет освобождена от ига капитала очередная дружественная страна на Востоке. Берия спросил: «Почему же южные корейцы не взорвали мост через реку на пути к Сеулу? Такое впечатление, что они заманивали северокорейцев вглубь страны?» «Да нет, просто атака кимовцев была стремительной, и мост не успели взорвать», – ответил Булганин, но Берия заметил, что тот чего-то недоговаривает.

Уж очень быстро он отвел глаза. Булганин и Ким бодро отрапортовали Сталину, что провокация американцев не удалась и что северяне уверенно побеждают. При этом мост через широченную около Сеула реку Ханган почему-то не был взорван. Когда Ким захватил Сеул, он ждал, что весь Юг поднимется, восстав против американского диктата, и Юг капитулирует, но корейцы на Юге молчали.

30 июня 1950 года Трумэн, не дожидаясь присоединения союзников к навязанным им «коллективным санкциям ООН», отдал приказ о начале бомбардировки отдельных военных объектов в Северной Корее и установлении морской блокады всего корейского побережья, введя в действие американские морские и наземные силы. И только 7 июля Соединенные Штаты протащили в Совете Безопасности резолюцию о создании «объединенного командования войсками ООН», которая предписывала всем членам ООН, выделявшим вооруженные силы или оказывавшим иную помощь Южной Корее, предоставлять ее в распоряжение «объединенного командования», возглавляемого Соединенными Штатами.

30 июня, 3 и 14 июля в кремлевском кабинете Сталина тем же составом решали, что делать. Слишком быстрый успех Севера не сулил ничего хорошего.