Оскал предназначения

Да, я не хочу заканчивать свои дни на гильотине у Марку, мне кажется, что это разумно и говорит о нормально работающем инстинкте самосохранения. Но также я не желаю, чтобы целые миры утопали в крови по прихоти одного самодура, который решил закатить грандиозный пир. Что он будет делать, когда реки крови закончатся, когда из каждого человека уйдёт жизнь?

– Тебе-то что до этого? – ведьма противно улыбнулась, – Когда будет этот кровавый пир – через тысячу, десять тысяч лет? Возможно, человечество к тому моменту само себя изведёт и никому ничего не оставит после себя.

Ты ведь знаешь, как они любят уничтожать друг друга. Даже оружие создают такое, чтобы убить как можно больше всего живого вокруг.

– Твои подружки тоже создают такое оружие? Только давай честно, София. Сколько людей создаёт оружие и сколько просто живёт? Давай, приведи цифры. И что ты скажешь про любовь?

– Ты точно вампир? – ведьма прыснула со смеху, – Какая любовь, Аристарх? Ты сам хоть раз испытывал это чувство? Так что же ты разглагольствуешь о том, что не никогда не знал? Все врут.

На самом деле им нужно это, – она потрясла перед носом вампира своей чуть ли не вываливающейся из декольте роскошной фальшивой грудью. -Ты посмотри, с какой глупой рожей твой друг пялится на Аннушку. Что, хочешь сказать, что вот так и выглядит то самое светлое чувство? Нет, он хочет совсем другого, Аристарх или как тебя там.

– Если ты так уверена, то почему боишься, что Марку заберёт рыжую у Якова чтобы сделать ему невыносимо больно и обозлить? Разве может быть больно от потери того, кого не любишь? Тел много, выбирай любое.

– Так-то то оно так, но вот что действительно умеют люди, так это привыкать и когда привычка обламывается, всё начинает идти не так, как они привыкли, вот тогда у них наступает ломка, которую принимают за страдание из-за любви. Это эгоизм, Аристарх или как тебя там. По молодости они все хотят той самой чистой любви, как мои подружки, но потом вся их романтика испаряется во всемирной помойке разрушенных надежд и уносится на переработку в далёкие измерения несбывшихся желаний, где и находят свой покой.

Аннушка тоже разочаруется в твоём друге, но пусть уж лучше она лишится иллюзий, чем жизни. На её век мира хватит.

– Ты говоришь так, будто что знаешь. С чего вдруг ты так уверена, что Марку не решит напасть на людей после своего сборища? Да и где гарантия того, что твой хозяин не принимает во всём этом участие? Он ведь и есть, по сути, само зло. Даже Марку служит ему.