Эндшпиль

Прослушав это ужасное сообщение, я отправился в сторону супермаркета, который находился неподалеку. Проходя улицы, я стал наблюдать ужасную картину: неизвестные люди в антирадиационных костюмах вытаскивали людей из домов и избивали их, при этом что-то крича. В ответ армия и полиция, которые уже подоспели, отстреливали безумцев. Началась пальба и взрывы, появился дым и мне стало намного труднее дышать. Тем не менее я продолжил свой путь к супермаркету. Мой недлительный поход завершился, как только передо мной в паре метров выбежала группа молодых людей, одетых в черные костюмы и со странными узорами на них.

Конечно же, они были в балаклавах. В руках у них были не то ружья, не то ножи, но это было и не важно, главное, что эти типы в черном пошли в мою сторону с явным намерением прикончить меня, как только увидели. Я не стал ждать глупой смерти от психов в масках и побежал в сторону ближайшего дома, в надежде укрыться там. Я подумал, что фанатики отстанут от меня, когда потеряют из виду, но они бежали за мной так уверенно, что я понял – их остановит только моя смерть.

Убегая от них зигзагами, прорываясь через задние дворы, я смог найти спуск в подвал одного из домов. Дверь была открыта, поэтому я без промедления вошел туда и заперся на железную защелку. Я очень боялся, но еще сильнее мой страх проявлялся, когда я начинал думать о том, как там сейчас моя жена и дети, ведь они были совсем одни в окружении психов и военных. Начиналась ядерная война, а я был в отрезе от своей семьи. Я бы так и продолжил трястись от страха и нервничать, но я вовремя понял, что нужно предпринять какие-то действия.

Я прошел дальше по подвальному помещению и смог найти немного еды, а также старое охотничье ружье, висящее на стене. В ящике неподалеку был коробок с дробью. С десяток патронов. Негусто, но ничего другого у меня нет. Умения стрелять у меня также нет, к слову. Поэтому наиболее большой мыслью, которая засела в моей голове в ту секунду, была мысль о том, что я в полной заднице. И так оно и оказалось.

Внезапно возник жуткий грохот, вновь заверещала сирена, и я понял, что «все» началось. Я мысленно обнял свою семью и застыл в ожидании смерти, которой кстати не последовало. Однако ужасный гул и крики людей с наружи заставили меня подумать, что это ненадолго. Звуки боли и ужаса, доносящиеся сверху, сменялись взрывами и треском в стенах подвала, где я сидел. Я закрыл глаза и принялся ждать, когда умру.

От моих записей меня оторвал Крис.

– Джек, идем.