Рабыня драконьей крови. Часть 2

Да и девушкой она была доброй, чего говорить.

– Придумать имя? – снова всплеснула тонкими пальчиками она, и большие золотые кольца в её ушах восторженно дернулись. – Ты правда разрешишь мне придумать ему имя? Это… это так здорово!

Она на мгновение затихла, а потом её взгляд сделался задумчивым.

– Когда-то давным-давно у меня было животное – маленькая ручная мышка по кличке Шуша. Мне было всего пять, в этом возрасте нас впервые учат обращаться в волков. Помню, братья смеялись надо мной…

Я вздрогнула и неожиданно вспомнила то, что Валира сказала мне в первый день нашей встречи.

Она была оборотнем.

Я окинула скептическим взглядом главную арру, пытаясь предположить, какие из черт её внешности могли хоть сколько-нибудь напоминать волчьи. Но женщина, сидящая передо мной, была ослепительно красива, и зверь не угадывался ни в чем.

– Почему же братья смеялись над тобой? – тихонько спросила я, когда Валира замолкла, погрузившись в собственные мысли.

Она резко вскинула на меня острый взгляд и продолжила:

– Нас учили не только перекидываться, но и охотиться.

Среди нашего клана издревле было больше всего отшельников, которые предпочитали и вовсе большую часть жизни проводить в облике волка. Мы чтим память предков, и потому зверь для нас всегда считался священным. Как и всё, что ему сопутствует.

Я сдвинула брови, попытавшись понять, о чём она говорит. Но Валира пояснила сама:

– Мы, дети, должны были охотиться на мелких зверей и убивать их.

По спине прокатилась морозная дрожь.

– Не удивляйся, – немного горько усмехнулась женщина. – Для волка убивать – нормально. Перекинувшись в хищника, человек гораздо более подвержен инстинктам. Это для тебя может показаться дикостью, но для зверя инстинкты – это ритм жизни. Поэтому во время очередной пробежки со своей стаей поймать кролика, разорвать и съесть его – это в порядке вещей.

– Этому у вас учат детей? – осторожно спросила я, и Валира слегка нахмурилась.

– В охоте нет ничего ужасного, ты бы поняла это, если бы у тебя внутри жил волк.

Но плохо тогда, когда зверь становится сильнее человека. Когда желание волка перекрывают людской разум… И у нас в клане это случалось часто… это даже приветствовалось, потому что было принято взращивать силу, а не слабость.

Она сделала короткую паузу, а потом грустно закончила:

– Поэтому, когда один из братьев в волчьей ипостаси поймал мою Шушу и загрыз, его за это лишь похвалили.