Стихийный мир. Султан Эфир

Я покрутила указательным пальцем, и вокруг него собралось маленькое облачко воды, высосанное из воздуха.

– Внутри тебя все четыре стихии. – Эфир улыбнулся, повернув ко мне голову. – Вероятность того, что ты триплексный маг, все три силы которого равны по мощи силам трех аватаров, столь же низка, сколь низка вероятность того, что Неро подружится с Райя-нором и мы втроем пойдем пить вино в один из борделей чаротвердников.

Эфир засмеялся.

– И огня в тебе не может не быть, раз ты видела дракона Красного дожа.

Это автоматически делает тебя великой чарогницей. И я удивлен, признаться, что Райя-нор никогда не учил тебя управляться с огнем.

Я глубоко вздохнула, в очередной раз понимая, что Сициан не только не торопился чему-то меня учить, он еще и обманывал меня. Ведь он объяснял тот факт, что я вижу его татуировку, совсем иначе. Говорил, мол, это признак того, что я подхожу именно ему. Что я лишь его собственность, предначертанная богами. Знал он и о том, что я вижу татуировку Тирреса. И настоятельно рекомендовал никому не рассказывать об этом.

– Учить тебя была его прямая обязанность и долг, – продолжал тем временем султан, разжигая во мне еще больше раздражения. Под ребрами жгло, и, к сожалению, это была не только злость, но и боль. – Аватара может учить лишь аватар. Поэтому, кстати, Неро и разделил с тобой свою силу, сделавшись твоим эоланом, – говорил Эфир неторопливо, все больше раскручивая спирали тайфуна в моей душе. – Иначе не могло быть. Ни у кого не хватило бы сил научить тебя, кроме аватара воды.

Это еще один признак того, что ты не можешь быть никем иным, кроме как аватаром всех стихий.

– Блестяще, просто блестяще, – вздохнула я, тоже откидываясь на спину и закрывая лицо ладонями. – Получается, что Морской эмир тоже мне лгал. Он знал, что я… вот это самое?.. Аватар всех стихий?

– Может, сначала и не знал, – пожал плечами Эфир. – Но в конце наверняка догадался.

– Поэтому, значит, он хотел… – слова застряли в горле.

Я почти закончила фразу: “…на мне жениться”.

Но подавилась невысказанным.

Ведь там, в Айреморе, я почти видела себя его женой. Я едва не согласилась, ощущая непреодолимую магическую связь, внутреннюю нить, соединившую наши души. А еще – думая, что он действительно меня любит, в отличие от Сициана.

– Поэтому, – спокойно ответил Эфир.

– Ты знал? – ахнула я, убрав ладони от лица. – Что Тиррес предлагал мне стать его эмирессой?

– Нет, не знал, – качнул головой Эфир и улыбнулся одним уголком рта.