Стихийный мир. Морской эмир

 – После этого часто образуются брачные союзы.

И отвернулся.

Впервые он отвернулся от меня, а не наоборот!

– Так ты что… просто ревнуешь, что ли? – хмыкнула я, сложив руки на груди.

Это было почти забавно.

Дож бросил на меня косой взгляд и ничего не ответил. Сказал вместо этого совсем другое:

– Я постараюсь решить вопрос быстрее. Раз нет никакого привязывающего колдовства, то вызволить тебя будет не так уж сложно. Я найду того, кто имеет доступ в Айремор. И вытащу тебя.

– А ты сам?.

.

– Мне вход в Айремор закрыт, – ответил он. – Если я пересеку границу подводного эмирата, меня размажет магия геноса Черной жемчужины.

– Геноса чего?..

Сициан махнул рукой.

– Не бери в голову. Я найду человека…

Он резко поднял голову вверх и нахмурился.

– Восход, – прокомментировал тихо. – Наше время кончилось.

Затем посмотрел в мои глаза и замолчал. Только коснулся вновь моей щеки кончиками пальцев.

– Не верь никому, Саша, – прошептал он и начал буквально таять в воздухе вместе со всем тронным залом.

Мое бедное натерпевшееся сердце защемило. Я все еще не могла без него. И было больно видеть, как он исчезает… может быть, навсегда.

– Даже тебе? – выдохнула я.

Он мягко улыбнулся одной из своих редких добрых улыбок.

– Тебе я никогда не солгу. Жди. Я тебя вызволю.

И окончательно исчез.

А я открыла глаза на большой круглой кровати в форме жемчужницы. За окном морская пучина сияла каким-то нереальным золотистым светом солнца, что, должно быть, не способно проникать на такую глубину, но все же проникает.

А в проеме распахнутого балкона стоял улыбающийся Тиррес, заполонив все вокруг своими змеями-волосами.

– Солнечного пробуждения, моя рыбка. Ну что, начнем кое-что интересное?

От такого резкого пробуждения и контраста двух мужчин я вздрогнула, меня будто окатило ледяной водой после горячей сауны.

Тиррес казался очень красивым в золотых лучах солнца, искрящихся в голубоватой воде, оседающих на коже каплями желтого цитрина.

И даже его странные изумрудные волосы, кажущиеся иногда живыми, не портили впечатления. Скорее дополняли какой-то мистической опасной привлекательностью.

При взгляде на него в голове невольно вспыхивал вопрос: если бы эти волосы обладали собственным сознанием, задушили бы они меня или обняли?..

Я вздрогнула и слегка нахмурилась.

С каких пор я думаю об эмире в таком ключе?..