Все или ничего

Ей действительно хотелось научиться на обращать внимания на придирки Жозефины. Повзрослеть и оставить все косые взгляды, оскорбления и обиды в прошлом. «Только не думай об этом сейчас», – взмолилась она про себя. Тут ей в голову пришла другая мысль – куда более важная.

– Ты ведь не датчанин? – спросила она.

Адам уверенно покачал головой.

– Нет, – ответил он и засмеялся. – А ты?

Лексия нетерпеливо отмахнулась. Он, конечно, свободно говорил на шведском, но лучше лишний раз проверить.

– Клянешься?

– Клянусь. Ни капельки датской крови в моих жилах, – доверительно сообщил он.

Этот мужчина внушал доверие. Фантастическое качество. Мужественный, сексуальный и внушающий доверие. Он был просто идеален. Лексия спохватилась – о чем они говорили?

– Тогда я открою тебе одну тайну, – сказала она. – На следующей неделе я познакомлюсь с новым датским директором. И, судя по всему, он просто тряпка. Представляешь?

– С трудом.

Лексия покачала головой.

– Они ставят командовать нами какого-то датского придурка, – сказала она, чувствуя, как накопившееся за неделю раздражение вырывается наружу. – Вот так просто. Мою фирму продали.

Лексия работала копирайтером в маленьком рекламном агентстве. Все шло как обычно, люди выполняли свою работу, вели своих клиентов, пока на прошлой неделе не разорвалась бомба. Рекламное агентство было выставлено на продажу, и его приобрел огромный концерн.

– Внезапно они пришлют совершенно чужого человека, который не имеет ни малейшего представления, что это за бизнес.

– Разве они не всегда так делают?

– Датчане?

– Концерны.

– Все, что я знаю, что я должна быть готова, что кто-то вонзит мне нож в спину. Все боятся за свое место. И никогда не знаешь, на что они способны – коллеги, конкуренты…

– И датчане, – закончил он.

– Именно так.

Адам бросил орешек в рот, выпил пива и попросил ее продолжать:

– Я слушаю.

– Я не знаю, что происходит. И мне тревожно.

Он отставил пивной стакан в сторону.

– Непростая ситуация.

Адам не стал спрашивать, кем она работает, это Лексии тоже понравилось. Она ненавидела, когда людей оценивали по критерию профессии и места работы. Может, в этом они с красавцем похожи.

– Я хотела бы не бояться, – сказала она.