Книга нераскрытых дел

Мои пальцы зависли над экраном. Я должна была написать что-то еще, но не понимала, что именно. Что я не сумасшедшая? Конечно, у меня много странностей, и мне это известно. Может, я хотела сообщить ему правду о себе. Или мечтала услышать только: «Ты пытаешься. Ты делаешь все, что можешь». Или действительно хотела убедить его, что Бет не собирается меня убивать.

В конце концов, ее же оправдали. При том что адвокат Бет сказал о своей подзащитной: «Я узнаю? чистое зло, едва вижу его».

Я нарушала все свои правила безопасности.

Одна отправлялась в дом человека, обвиненного в убийстве. Для таких, как я, это верх безумия. А за поддержкой обратилась к Майклу, которого совсем не знала. Статистически у Майкла больше шансов оказаться Тедом Банди, чем у Бет.

Вот почему у тебя нет подруг, подумала я. Или настоящего возлюбленного.

В сумочке у меня лежал ксанакс, но я не стала его принимать. Мои мысли должны быть ясными. Ксанакс мне выписали, когда после развода у меня начались панические атаки.

Иногда успокаивает само знание, что он у тебя есть, сказала врач, и я носила таблетки с собой – на случай, если ее теория верна.

Я повернула на подъездную дорожку к дому, разглядывая его. Что-то в нем меня неизменно завораживало. Наполовину псевдовикторианский, наполовину в стиле середины двадцатого века, безумное сочетание остроконечных фронтонов с желтым кирпичом, темным деревом и стеклом, он был уродлив – невероятно уродлив, – но притягивал взгляд, заставляя его следовать за всеми контурами и изгибами и каждый раз являя себя по-новому.

Джулиан Грир, отец Бет, купил этот дом и перестроил его. И умер у себя на кухне, застреленный неизвестным грабителем.

Лужайка выглядела неряшливо, словно последнее время ее не стригли. Дом утопал в тени старых деревьев, ветви которых касались крыши и окон. На подъездной дорожке стояла единственная машина – дорогой «лексус», – и никаких признаков жизни не наблюдалось. Тишина словно обволакивала. Я подошла к двери и постучала.

Бет открыла сразу же.

На ней были льняные брюки кремового цвета и темно-коричневая блузка, подчеркивавшая узкую талию. Стройная фигура и сочетание цветов из семидесятых на мгновение перенесли меня назад во времени, но потом я заметила седые пряди, а надо лбом – очки для чтения. Бет окинула меня испытующим взглядом:

– Входите.

Я последовала за ней. Через аккуратную прихожую мы прошли в гостиную – просторную комнату, занимавшую бо?льшую часть нижнего этажа.