Там, где

Как будто и не было этих противоречий, и мысли о ней. Его нерушимую, как казалось уверенность, пошатнула она. Провожая ее глазами до столика, где ждала ее особая свита, состоящая из дорого одетых мужчин, легкой и уверенной походкой села за стол. Она улыбалась.Как будто его не замечая и не узнавая.

« Как можно, так умело и так высоко держаться на людях,будто нас и меня не было. Не было столько приятных ночей, слов любви и вообще НАС».Эти мысли промелькнули у него в голове,сев за барный стул, он так сильно ударил ладонью по бару,призывая себе бармена, что этот удар можно было услышать на весь бар.

Злость. Обида двигала этим человеком,но опять же… на что злиться, обижаться, когда ты сам все отпустил и потерял? На себя… он злился об упущенном времени, об воспоминаниях, от бессилия.

Она ненапряженным жестом, размахивала руками… бурно что-то объясняя своей свите, и невесомый и невзрачный взгляд пал на его лицо. Она подняла свою левую бровь, бросила взгляд, но такой холодный, что его можно ощутить только с холодным, сухим ветром в Сибири.

Тебе больно дышать от холода, а ветер такой дует, что ты не можешь спокойно смотреть под ноги куда идёшь,и он такой пронизывающий и холодный, что волей и неволей ты закрываешь глаза.

«Высокомерно.Как же людей меняет время.»

Он не отводил от неё глаз. Наблюдал.

«Я помню, как скользили мои руки по её бархатной спине… Как застегивал ей платье, когда она не могла с ним справиться»

Теперь на её хрупких и белых плечах лежала иссиня-чёрная меховая накидка, которая придавала ей некий шарм и украшение её вечернего туалета.

Их столик всё так же бурно что-то обсуждали, и кавалер так бережно обнял и тронул её плечи, что нельзя было назвать поведением дурного тона.Он читал в глазах других мужчин,которые сидели с ней рядом, их вожделения и восхищения , но не намекающих ни на какую низость к ней.

–Я тебя люблю. Очень очень. Сильно сильно. Мы никогда ведь не расстанемся, да?Спросила она его, касаясь ладонью лица, своего любимого мужчины.

–Никогда, моя хорошая».Он снова почувствовал обиду, ревность, которая глушила его.Он не понимал, что за чувства одолевают его в этот момент…

Повернувшись снова к барной стойке, и осмотревшись по сторонам, заметил что бокал снова пуст. Бармен понял, что этому мужчине нужно снова повторить,он закурил сигарету, и быстро осушил его. На этот раз он не вкушал этот горьковато-золотистый напиток, а пил его так -залпом.