Мотель «Вечерняя заря»

С тех пор как пропала тетя, прошло тридцать пять лет. Бабушка и дедушка, родители мамы и Вив, уже давно умерли. Фотографий пропавшей в доме не было – не осталось ничего, что бы напоминало о ней. Во время летних каникул за год до маминой смерти я обнаружила в интернете заметку о Вив и впервые увидела ее своими глазами. Я решила, что, наверное, прошло уже достаточно времени, так что я распечатала выдержку из газеты и спустилась в гостиную, чтобы показать ее маме. После ужина она сидела на диване перед телевизором.

«Гляди, что я нашла!» – объявила я. Забрав у меня листок, мама начала читать. Потом взглянула на фотографию и долго-долго не отводила глаз.

Когда она подняла взгляд, у нее было странное лицо, какого я никогда у нее не видела – ни раньше, ни потом. Наверное, боль. А еще усталость и застарелый, гниющий, проедающий насквозь страх. В тот момент я и подумать не могла, что у мамы рак и всего через год я ее потеряю. А может, она уже тогда знала и просто ничего не сказала, но мне почему-то в это не верится.

То ее выражение, тот ужас – все это из-за Вивиан.

Когда мама наконец заговорила, ее голос звучал бесцветно, был совершенно лишен каких-либо эмоций. «Вивиан умерла», – сказала она. Потом отложила листок, поднялась и вышла из комнаты.

Больше я ее никогда об этом не спрашивала.

Только после маминой смерти я не на шутку разозлилась. Правда, не на нее саму, нет: когда Вив пропала, мама была подростком и не могла толком ничего сделать. Но как же остальные? Полиция? Соседи? Ее родители?

Почему ее не объявили в розыск во всем штате? Почему Вив позволили исчезнуть и даже не пытались ее найти?

Первым делом я обратилась к Грэму – он был старше и помнил больше меня.

– К тому моменту бабушка и дедушка уже развелись, – сказал мне брат. – Когда Вив пропала, бабушка воспитывала ее одна.

– И что? Она поэтому не стала разыскивать дочь? А дедушка?

Грэм только пожал плечами.

– У бабушки особо не было денег. К тому же мама говорила, что они с Вив постоянно ругались.

Никогда не ладили.

Я уставилась на него, не веря собственным ушам. Мы с ним сидели в маминой съемной квартире посреди ее старых вещей и коробок. Рядом лежала еда, которую мы заказали в ресторане, – собирались слегка перекусить.

– Это мама тебе сама рассказала? Мне она ничего такого не говорила.

Брат снова пожал плечами, прислонился к одной из коробок и уткнулся в телефон.

– Тогда ведь еще не было интернета, – объяснил он. – Никаких анализов ДНК.