Огненный омут

Ты же, хоть и его племянница, но все же дочь короля Эда из Робертинов, а меж Робертинами и Каролингами всегда существует скрытое, но сильное противостояние. Тем не менее, они готовы были бы признать тебя, если бы вы с Ролло обвенчались у церкви.

Эмма нетерпеливо и раздраженно передернула плечами.

– Ролло пойдет на это, когда родится наша дочь…

– А если будет сын?

Эмма тряхнула головой. От качнувшихся серег брызнули яркие искры.

– Будет девчонка. По всем приметам. Даже повитухи сказали.

Эмма весело хихикнула, на щеках заиграли шаловливые ямочки. Франкон, скрывая нетерпение, отсчитал несколько зерен на четках.

– Человеку свойственно предполагать, но располагает только Господь. Однако кто бы ни родился у вас с Роллоном, он должен быть окрещен по христианским обычаям. Хочет этого твой муж или нет!

– Я надеюсь, что так и будет, – неуверенно начала Эмма, но умолкла. Ролло не раз повторял ей, что если у него родится сын, он станет воином Одина.

– Вот, что нам надо обсудить, дитя мое. Когда подоспеет твое время, Роллон не должен знать об этом. Об этом первым должен узнать я. И тогда мы сделаем все, чтобы ребенок был окрещен. Роллону придется признать это уже как свершившийся факт.

Эмма смотрела на епископа в волнении, при этом положив тонкую ладонь на свой округлившийся живот.

– Это может разгневать конунга. Он не признает Христа. Даже его дети от франкских наложниц не крещены и носят языческие северные имена.

– Тем больший вес будет иметь твой ребенок, Эмма. А гнев Ролло… Люди боятся его, но не ты. И неужели тебя менее страшит возможность погубить душу вашего малыша, отдав его демонам северян? – И епископ указал в сторону Тора на ковре.

Эмма проследила за его жестом, но Франкон не дал ей опомниться и что-либо произнести.

– И тогда если Нормандия будет иметь наследника-христианина, ты сразу вырастешь в глазах своих соплеменников.

Они признают тебя, и, кто знает, не предотвратит ли это начало новых набегов. А иначе… Вряд ли Ролло тебе это рассказывал, однако известно, что он ведет переговоры с норманнами с Луары. Среди которых, между прочим, есть и твои враги – Рагнар Датчанин и Снэфрид Лебяжьебелая.

Эмма вздрогнула. Даже сама мысль, что Ролло вновь встретится с прежней женой, приводила ее в неописуемый ужас. К тому же Эмма все еще ревновала к ней Ролло.