Ветер с севера

– Я знаю, что тебе, Рольв, близки взгляды Альвера Детолюбца.[29 - Альвер детолюбец – викинг IX в. Прозан так за то, что запретил соблюдать распространенный среди викингов обычай – подбрасывать детей побежденных и ловить их на острие копья.] Но пойми – это дитя, лишившись родных, все равно бы погибло. А мне была необходима жертва, чтобы заглянуть вперед.

Она хотела еще что-то добавить, но умолкла, заметив выражение холодного бешенства на лице мужа.

– Если я еще раз доведаюсь, что ты губишь младенцев, Снэфрид, я забуду о том, как много места ты занимаешь в моем сердце.

Он вышел, а финка еще какое-то время оставалась сидеть неподвижно с отрешенным выражением на лице. Потом негромко, лишенным интонации голосом произнесла в пустоту:

– Я подчиняюсь твоей воле, муж мой. Но знай и ты – пока ты следуешь избранному мной для тебя пути, твое сердце принадлежит мне, как нож за голенищем моего сапога.

Да, Снэфрид была уверенна в любви Ролло. И хотя в походах он нередко развлекался с красивыми женщинами, казалось ей неведомо, что такое ревность.

Она словно с ленцой наблюдала за его мимолетными увлечениями и все эти красивые пленницы не казались ей соперницами. Только одна – та, что она видела в видениях… А пока ни одного упрека не слетало с её уст, когда Ролло, оставив даже самых роскошных наложниц, спешил вернуться к своей валькирии. И их ночи – в палатке ли на корме драккара или на мягких ложах в захваченных ими усадьбах – были полны страсти и огня, как в их первое их свидание, когда Снэфрид первая обняла того, кто не убоялся даже гнева конунга Норвегии.

По прошествии четырех лет Ролло выполнил обет, данный матери и отвез младшего брата в храм Упсалы. Атли за это время вырос, но так и не стал викингом, предпочитая оставаться на драккаре, когда другие отправлялись в набег. Он не выказывал себя трусом, когда пару раз на драккары нападали с берега, храбро держался и во время морских сражений. Но при дележе добычи его глаза никогда не загорались при виде золота.

Когда же Ролло спросил, хотел бы Атли, как желала их мать, стать жрецом в Упсале, юноша лишь пожал плечами. Но старшего брата волновало, что у Атли порой вновь случалась одышка, он начинал кашлять, а порой Ролло замечал, как на рукаве Атли, когда он прикрывал рот, появлялись кровавые пятна.

В великом святилище в Упсале Ролло отвел брата к жрицам Фрейи, славившихся своим умением предсказывать будущее.