Лучшее… им

Старичок появился словно из воздуха и запричитал

–Девонька, это оборотень зовет. Не иди. Сожрет. Темень сейчас. Это одичалые без своей названой которые сейчас ищут чем поживится. Тебе ноги то Кайна покусала, потому и ходить не могешь. Спасло тебя это. – он тем временем закинул меня на кровать, как- то по- отчески накрыв одеялом сел от меня на стул положил аккуратные натруженные ладони на колени и посмотрев на меня спросил

–Говорить то можешь? – зов, как ни странно, прекратился и я, выдохнув кивнула

–Могу дедушка Аким.

 – он заулыбался тут же. Словно солнышко выглянуло и потеплевшим взглядом предложил

–А может поесть хочешь? – лишь пожала плечами. И спросила чуть погодя

–А Кайна, это кошка? – дедок нахмурился

–Не девонька. Это нага. Недоразвитая. Все мы тут недо. Это место таких и притягивает. Я маг бывший. Кайна, приползла лет как пять назад. Я иномирец. Была магия и потом не стало. – я, подавшись всем телом со слезами на глазах зашептала

–Я тоже иномирка. Но нельзя мне обратно.

Никуда нельзя. Меня князь убьет. Зря вы меня выхаживали, нельзя мне жить дедушка. «Ой как нельзя», —дедок заохал и неожиданно строгим тоном сказал

– Это еще кто сказал?! Князь? Так он сам нежилец. Иномирку говорят убил и совсем мозги свои потерял. Это ведь он сейчас выл. – он неожиданно замолчал и уже севшим голосом переспросил

–Так это он тебя так? – кивнула, пряча лицо в ладошках.

–Он дедушка, он. За то что его избранная. – дедок со стулом сел поближе

–Ты …тебе …ты Атьяна? – от того, что он произнес меня по имени даже отрезвило и плакать расхотелось.

–Так за тебя двуликий награду обещал дать. Ты под его защитой. Атьяночка, ты не переживай. Князь будет наказан. Если обернётся он человеком, двуликий знать будет и казнь ему уготовит. Он, итак, несколько раз уже избегал ее, казни то этой. На всех кидается, сладу с ним нет никакого. – говорил дед размеренным голосом. Видно, давно у него не было гостей, слова из него так и лились. Он продолжал говорить о том, как попал сюда и тут же срывался говорить о том, как его этот мир обидел.

Я слушала, а сама думала о том, что только что пережила. Даже вспоминать было все страшно. Но несмотря на то, что боль начала возвращаться и я вся была в бинтах туго спелёната, все то, что со мной произошло воспринималось как с кем- то другим. Старичок уже ушел спать, а я смотрела на свои ладони, на которых были видны укусы по две точки. Шли они к локтям и покрывали так же все предплечье.