Лучшее… им

Чтобы исключить любую агрессию. Минусы что к нам сюда рвутся со всех стран. Уловки применяются разные. Это брак, разные моменты от студентов при желании остаться здесь. Службы охраны порядка быстро разбираются во всем. Но иногда все же что- то всплывает и тогда шум, сплетни о нашем благосостоянии вновь раздувают, делая нашу страну в глазах других стран просто золотой. Тем самым навлекая новые беды. За сто лет сделано не мало. Я была так же помощником Аточе, когда все это начиналось и скажу, что не все еще доведено до лучшего.

Много надо пересмотреть в уже этих условиях. Аточе работает на износ. Помогает то, что он двуликий. И его вторая часть спит отдыхает, когда Нито вступает. – я тут же вывела на бумаге вопрос. Она улыбнулась

–Нито это его вторая сущность. Кстати, он тебя и почуял. – когда она впервые за долгое время ушла, оставив меня на едине с моими мыслями, неожиданно стало легче. Дня еще через три мне принесли мольберт. Вид у него был очень красивый. Но я обрадовалась другому и не веряще шагнула к большой коробке.

Там внутри лежали полотна, которые мне надо будет грунтовать. Я рисовала постоянно, вспоминала какие- то образы. Техники рисования, пробуя и вспоминая техники с моего мира. Но там я ленивилась и просто запоминала какие- то особенные техники рисования. Через еще несколько дней я обзавелась красками. Присутствие Наиды уже и не требовалось. Я не замечала никого и ничего вокруг. Иногда одна из служанок упрямо стояла с подносом в руках, зная, что я тут же извинившись взглядом отойду к столу, где она и поставит этот поднос и потом под ее грозным взглядом начну есть. Мои рисунки неожиданно приобрели успех. Я лишь усмехнулась. Ризмундские Холмы очень известный поставщик и не только. Он продает и раскручивает все что умеют жители и приносит тем самым в казну очень хороший сбор по налогу за пошлины продажи и покупки. Я успевала только выносить в коридор уже готовые картины. Как- то мне дали заказ, нарисовали на небольшом клочке бумаги озеро с каким- то непонятным столбом и каракули там вообще были не читаемы. Пришлось развести руками и в этот вечер ко мне настойчиво постучались. Я замерла так и стоя в одних шортах что я сделала из пижамы и коротенькой до пупка бывшей футболки. Это была отдельная история с управляющей дворцом. Я рисовала ей что хотела бы носить как художник. Мне нужна была очень открытая одежда, чтобы она не сковывала моих движений, когда я рисую. Но она упрямо отказывалась.