Французский перец

Охрана офисного здания в Ля-Дефанс передала мне запись с одной из камер видеонаблюдения, – шумно дышит. Его лицо на непозволительно близком от меня расстоянии. – Весь штат охраны видел, как ты отсасывала этому русскому в лифте! Между тринадцатым и четырнадцатым этажом! Это видели все охранники! Все, Карин! Все до единого!

Его ноздри раздуты, отчего нос становится похожим на клюв огромной птицы. По телу прокатывается волна неприятных мурашек. Из моих уст невольно вырывается нервный смешок. Откашливаюсь, стараясь замаскировать неловкий момент.

– Вы находите это смешным, мадемуазель? – его губы вытягиваются в струну и бледнеют. Желваки играют на мужественном лице.

– Простите, мсье Пуавр, – опускаю взгляд, виновато поджимая губы.

– Зачем ты мне врала? – выдыхает Пуавр. – Зачем? Чего ты хотела этим добиться?

Вздрагиваю от его слов, словно от удара. Таращусь на него. Я ровным счетом ничего не понимаю. Это какой-то абсурд!

Пуавр продолжает шипеть мне в лицо:

– Я хочу тебя.

Слышишь? Отсоси мне так же, как отсасывала ему! – в расширенных зрачках бешеное желание. Смотрит на меня голодными глазами. – Ну давай же. Встань на колени. Возьми мой член в рот.

Мотаю головой, стараясь освободиться от внезапно навалившегося морока. Бред! Пуавр приехал в Россию для того, чтобы отчитать меня за непристойное поведение в лифте и попросить сделать ему минет? Мне кажется, или мир сошел с ума?

Усмехаюсь, не пряча своего истинного поведения.

– Вы за этим приехали, мсье Пуавр? Вы приехали в Россию, преодолев огромное расстояние, только за тем, чтобы я Вам отсосала? Вы правда за этим приехали? – мне становится смешно.

Я открыто смеюсь ему в лицо. Пуавр вспыхивает, но тут же резко бледнеет.

– Стерва! – зло шипит Жильбер.

– Мерзавец! – рублю ему в ответ.

– Шлюха!

– Импотент!

Больно хватает меня за волосы и притягивает к себе.

– Хочешь, чтобы я доказал тебе обратное? – в глазах адское пламя, губы в паре сантиметров от моих.

Разглядывает их ненасытным взглядом. Моё сердце готово выпрыгнуть через горло.

– Мсье Пуавр, – цежу сквозь зубы. – Не Вы ли только что говорили мне о корпоративной этике? А теперь сами хотите нарушить положения, регламентированные кодексом.

Отпускает меня, тяжело дышит.

– Сегодня. В семь. У меня в апартаментах.

– Нет, – мотаю головой.

– Почему?

– Вы забыли. Я девственница.

– Лжёшь! Ты опять мне лжёшь! – бесится Пуавр.