Продавец проклятых книг

 – Значит, вы, несомненно, посвящены в тайны алхимии и герметических наук.

На губах Игнасио мелькнула мрачная усмешка.

– Прошу вас, отец, поговорим о чем-нибудь другом. Некоторых тем в беседе лучше избегать.

Гвалимберто, похоже, был разочарован этим ответом.

– Вы правы. Но все же я хотел бы вас предупредить. Люди вашего ума часто бывают неверно поняты в таких местах, как это, и становятся жертвами. Не доверяйте в этом монастыре никому, особенно Райнерио из Фиденцы.

– Вы уже второй раз называете его имя, – сказал Игнасио, повернулся к собеседнику и вонзил в него проницательный взгляд.

– Подозрения? Впрочем, как я полагаю, и у вас. – Сочные губы Гвалимберто сложились в лукавую улыбку. – Бьюсь об заклад, вы не поверили тому, что он рассказал о кончине Майнульфо из Сильвакандиды.

– Что вы хотите сказать?

– Что его рассказ – ложь. Майнульфо умер не от зимнего холода. Райнерио солгал вам и всем.

– Это тяжелое обвинение.

– Его труп не видел никто, кроме Райнерио. – Глаза монаха вдруг широко раскрылись и лихорадочно заблестели. – Ходят разговоры, что Майнульфо был убит, когда молился в своем скиту… и тело скрыли от глаз братии потому, что на нем были резаные раны.

Эти слова так потрясли Игнасио, что он схватил библиотекаря за руку и одним сильным рывком подтащил к себе. Монах подскочил на месте от изумления и стал сопротивляться, но не смог вырваться, у собеседника оказалась слишком крепкая хватка.

Потом он услышал вопрос торговца и понял, что Игнасио не угрожает ему, а хочет скрыть свои слова от чужих ушей.

– Виновник известен? – шепнул Игнасио.

– Нет, – поспешно ответил библиотекарь. Игнасио крепче сдавил его руку, заставляя говорить дальше. – Но… перед смертью Майнульфо Райнерио впустил в гостиницу странного человека – монаха с порезанным лицом. Мало кто видел этого монаха, а сразу после смерти старого настоятеля он исчез без следа.

Игнасио разжал пальцы.

– Его имя?

Гвалимберто отошел от него на шаг, опустил глаза и ответил:

– Я порылся в бумагах Райнерио… Знаю, я не должен был этого делать, но любопытство пересилило достоинство. – Он вздохнул. – Оказалось, аббат очень часто пишет этому человеку и получает письма от него. Это доминиканский монах, его имя – Сципион Лазарус. Очевидно, он имеет большое влияние в Риме и даже в лангедокском городе Тулузе.