Дежавю

Иногда такие поездки из–за пробок затягивались на несколько часов, и мы успевали по пути обсудить много разных тем, от погоды и до новинок техники.

Сегодня Галя была расстроена и долго молчала, хотя мы ехали уже полчаса. Впереди на перекрестке произошла авария из–за гололеда, несколько полос на шоссе были перекрыты, поток продвигался вперед по чайной ложке. Наконец она заговорила.

– Вы все же уйдете из «СевЭнерго»? Сан Саныч мне ничего не рассказал. Что было на том совещании утром?

– Нам объявили о продаже контрольного пакета акций компании.

Их интересует «фантик» и наши наработки, с его помощью они собираются «решать глобальные проблемы электроэнергетики». Инженеры–разработчики поедут в Стамбул. Причем без всяких гарантий под угрозой увольнения. Я возмутился, хотя Сан Саныч меня останавливал. Ребят жалко. За это меня и «ушли». Не терпят иного мнения. Возможно, у Саныча получится оставить меня в отделе эксплуатации местных сетей. Полностью закрыть или переместить нашу компанию нет возможности.

– Павел Петрович, возьмите меня к себе.

Сан Саныч обмолвился, что его переведут на время за проектными, а меня сократят.

– Почему ко мне? Я сам не знаю, где окажусь по возвращении из отпуска. Галя, можно на «ты»?

– Конечно.

– Ты очень способная девушка, не замужем, могла бы перевестись в проектный отдел, съездить в пару этих командировок, получить колоссальный опыт, потом устроиться или там, или у нас в приличную проектировочную фирму. На какую тему у тебя диссертация?

– Не важно. Сан Саныч рассказал про мою учебу?

– Конечно.

Он у нас все про всех знает.

Галя тяжело вздохнула, чувствовалось, что она подбирает слова и никак не может высказать их.

– Я хотела к Вам в отдел, а у вас ниже кандидатов технических наук не берут, – на одном дыхании выпалила она, – так я могла бы чаще быть рядом с Вами, с тобой…Паша.

Тут настал мой черед удивляться. Что сказать девушке, которая фактически тебе призналась в любви, а ты не можешь ей подарить этого чувства в ответ?! Я ее знаю почти три года, на всех вечерах она старалась сесть поближе, участвовала в наших разговорах, была моей попутчицей по дороге домой, приятной, милой собеседницей, но не более того.

Я не видел ее чувств, не замечал порой ее саму, погрузившись в пучину огромного проекта «Элефант». Прав был Сан Саныч, когда говорил, что она ко мне не равнодушна, но я не думал, что настолько. Весть о моем увольнении напугала ее, она подумала, что мы перестанем видеться совсем и призналась.