Двенадцать

Гребень был единственной вещью, доставшейся ей от отца, не считая маленького талисмана на шее. Все искусно вырезанные им вещи, а заодно и инструменты, пришлось обменять на еду и одежду. Украшенный сложным узором, он был подарен ей отцом перед самым нашествием. Этот миг она запомнила очень хорошо. Отец выглядел необычно серьёзным, и глаза у него были красные.

– Что бы ни случилось со мной и с мамой, позаботься об Уме. Тебе уже семь лет – совсем большая девочка, а ей только три. – Он ободряюще улыбнулся Усаги, но улыбка вышла какой-то вымученной, совсем не радостной.

– И что бы ни случилось, не расставайся с этим гребнем. В нём – волшебство Нефритовой Горы. Подробнее рассказать не могу, просто помни, что это не игрушка. Не роняй его – это высвободит его силу. Обещаешь, крольчонок?

Отец заставил её поклясться Двенадцатью. Да, тогда ведь Круг Двенадцати ещё не распался…

Взошла луна. Словно в ответ на её сияние, в тёплом вечернем воздухе расцвели огни светлячков. В лунном свете Усаги могла различить изображения зодиакальных животных, вырезанные на ручке гребня.

Она тихо вздохнула и запустила гребень в спутанную гриву сестры. Та взвизгивала и дёргалась – Усаги успокаивала её, как могла. Наконец волосы Умы были собраны в аккуратный хвостик, и Усаги надела на неё венок из цветов горчицы.

– Так-то лучше.

Живот снова заурчал, и Усаги бросила взгляд на тайник.

– Может, съедим часть риса? Умираю от голода!

Тора легонько толкнула её локтем:

– Рис нужен для обмена.

– Но я ведь добыла ещё одну связку!

– Не успеешь оглянуться, как наступит зима, и нам нужна будет нормальная тёплая одежда, а не эти рассыпающиеся лохмотья.

Да и обувь твоя уже никуда не годится.

Усаги пошевелила пальцами ног, тесно стянутыми верёвками сандалий. Да, тут Тора была права – обувь скоро совсем развалится. Новая была нужна им всем, особенно Уме, которая снашивала свою за считаные дни. Да и платье её состояло из заплат больше чем наполовину. Усаги повернулась к Уме:

– Ладно, тогда хоть цветочков твоих поем.

Сестра со смехом бросила ей ярко-жёлтый цветок горчицы, и Усаги жадно вцепилась в него зубами.

– Мм, остренький.

Голод этим, конечно, не утолишь. Эх, вот почему бы Уме было не нарвать чего-нибудь посытнее?

Тора потрясла небольшим кульком.

– В силки в этот раз никто не попался, но зато я нашла несколько жуков и личинок.

Ума хлопнула в ладоши и спрыгнула со своего валуна:

– Сейчас организую огонь, и пожарим.