Кинжал-колибри

Теперь при ярком свете солнца он мог внимательнее рассмотреть незнакомку: она была совсем молодой, лет восемнадцати-девятнадцати. Грязь, порезы и ушибы на ее лице мешали понять, как она выглядит на самом деле. Ее одежда была безнадежно испорчена, и теперь ее оставалось разве что выбросить. Лиф платья был насквозь мокрый, что создавало угрозу переохлаждения, вдобавок к другим, более серьезным, травмам.

Джеймс вздохнул с нетерпением и беспокойством: весьма противоречивые чувства одолевали его. Он протянул руку и подоткнул угол своего плаща под ее бок.

Она выглядела неважно.

– Я поеду вперед, мистер Хейнс, мне нужно все подготовить в доме к ее приезду.

Джеймс пришпорил Тетли каблуками. Ему не столько нужно было подготовить дом, сколько попросить о помощи свою сестру.

* * *

Прибыв в усадьбу, Джеймс бросил поводья конюху и направился в главный холл.

– Где я могу найти мою сестру, Роберт? – спросил он дворецкого, когда дверь открылась. Джеймс был в некотором замешательстве и почти желал, чтобы сейчас здесь была его мать, чтобы посоветоваться с ней… Почти.

Вдовствующая леди Эллерби еще не восстановила свое душевное равновесие с момента смерти его отца, которое и так было весьма ненадежным даже в лучшие времена. К счастью, сейчас она находилась в Бате, гостила у сестры, и должна была пробыть там до конца июня.

– Мисс Эллерби в саду, сэр. Я думаю, что она рисует, – ответил Роберт.

Джеймс кивнул и быстро зашагал к дальнему концу холла и дальше к дверям салона. Широким шагом он быстро пересек большую комнату, а затем вышел через французские двери во внутренний двор.

Восемнадцатилетняя Кэролайн на два года младше Джеймса и, в отличие от Уолтера или его матери, имела твердый, довольно незаурядный характер. Джеймс всегда полагался на здравый смысл Кэролайн, а сейчас, в свой первый год в качестве лорда Эллерби, – как никогда. Утреннее желтое платье Кэролайн хорошо проглядывалось сквозь зеленое кружево новой листвы. Она сидела у мольберта, недалеко от крытой арки оранжереи.

– На Лондонской дороге произошел несчастный случай, – сообщил Джеймс, подойдя к ней.

Кэролайн положила кисть и повернулась к нему. Если она и удивилась, увидев его всего перепачканного и без пальто, то виду не подала.

– Кто-нибудь пострадал?

– Да, молодая девушка, ехавшая в лондонском экипаже. И… – добавил он тихим голосом, – кажется, там некому позаботиться о ее благополучии. – Он снова вспомнил ее перепачканное в грязи лицо, и у него сперло дыхание.