Хорошая компания

Labor day) – национальный праздник в США, отмечается в первый понедельник сентября.] беспокоиться, сможет ли набрать к концу года минимум для медицинской страховки от Гильдии киноактеров. Тогда она удваивала число озвучек в профсоюзных проектах и переставала забирать Руби из школы. Пожилая женщина из их дома, миссис Пэкер, стояла в половине четвертого на тротуаре с другими мамами и нянями, и, хотя она была милой, Руби ненавидела эти дни, потому что дома у миссис Пэкер пахло нафталином, консервированным супом и кошками.

– Ты получила работу? – спрашивала она мать, потому что не хотела больше проводить время с миссис Пэкер и кошкой Грейс.

– Возможно. Читаю для одной бургерной, магазина инструментов и двух банков. – Иногда она читала дочери тексты дурацким голосом, чтобы та посмеялась. – Держим кулачки за банки, Руби.

В те годы, когда Флоре удавалось набрать минимум до декабря, они устраивали большой праздник и позволяли Руби выбрать ресторан. В те два года, когда у мамы не получилось, Руби подслушала тревожный разговор о том, покупать ли страховку всем троим или только Руби, которая часто болела стрептококковым тонзиллитом.

В те годы она старалась особенно беречься, всегда надевала шапку и шарф, чтобы не заболеть.

По ночам, когда ее будил озабоченный отцовский голос и она прижималась ухом к стене, разговор почти всегда шел о «Хорошей компании». Если говорили о каких-то общих вещах – финансах, посещаемости, выборе актеров, Руби снова засыпала. Но если речь шла о Джулиане, о его карьере, его будущем, его разочарованиях, она прислушивалась.

И переживала. И обещала себе две вещи. Первое. Если у нее когда-нибудь будет ребенок, она будет жить в достаточно большом доме, чтобы ребенок не видел и не слышал все, в том числе секс. Джулиан и Флора были осторожны; Руби слышала не особенно много, но, как только подросла достаточно, чтобы понимать, что к чему, всегда знала, что происходит за закрытой дверью спальни. Второе. Она никогда не станет лицедейкой.

Руби не могла решить, кто лучше устроился, чьей жизни можно завидовать. Работа Джулиана, казалось, приносила больше радости, хотя и бесила, а еще, до Лос-Анджелеса, была не очень прибыльной, отец не был известным. Она рассказывала родителям о том, как девочки за столом составляли рейтинг родителей, но не сказала, что слышала, как одна из них спросила: «А отец Руби Флетчер, он ведь актер?» – и другая ответила: «Да, но не знаменитый». Руби весь день злилась.