Неожиданное признание

И в самый трудный момент ты во всем обвинил меня.

Потому что ему сказали, что она его предала. Повторили это много раз.

– Больше так не делай, – предупредила Селия. – Не предавай меня. Я… у меня нет выбора. Я вынуждена положиться на тебя.

– Можешь не опасаться.

Салливан медленно вздохнул и отступил от лифта. Его руки бессильно повисли. Двери опять начали закрываться.

– Кстати, так, для сведения. Ты нужна мне больше, чем что угодно или кто угодно на свете.

Он успел увидеть вспышку удивления в ее глазах.

Двери закрылись.

«Дыши. Дыши. Дыши». Селия Джеймс повторяла про себя свою короткую мантру, все еще чувствуя вкус поцелуя Салливана на губах.

Она быстрым шагом шла по темной улице. Издалека долетал шум транспорта, доносились гудки автомобилей или обрывки чьих-то фраз, подхваченные ветром. Но…

Салливан Макгуайр. Вот что сейчас поглощало ее мысли. Каким-то образом он умудрялся проскользнуть сквозь все защитные стены, что она возводила между ними. Он умел ослаблять ее контроль над собой.

Она решила уйти из ЦРУ, из агентства, которое уже стало даже не частью ее жизни, а жизнью. И вот теперь за ней кто-то охотится, так что трудностей у Селии было выше крыши. Не хватало еще переживаний из-за Салливана.

Она жаждала его с той самой секунды, когда впервые заглянула в его зеленые глаза. Услышала его глубокий завораживающий голос. Он был само обольщение, соблазн в чистом виде. Она потеряла голову еще до того, как их официально представили друг другу.

До появления в ее жизни Салливана она держала под контролем все стороны своей жизни. Но он заставил ее забыть, что такое контроль. Из-за него ей в первый раз захотелось жить ради чего-то еще, кроме работы.

Когда он бросил ее, ей осталась только работа.

Время его не состарило. Салливан… высокий, подтянутый, широкоплечий. Кажется, пока они не виделись, его плечи стали еще шире. Его волосы по-прежнему густые и темные.

Селия запрыгнула в машину, завела мотор и рванула с места так, будто за ней гнались черти. Она проехала всего четыре квартала, когда заметила за собой хвост. Черт возьми! Она должна была срисовать их сразу же. Но ее отвлекли мысли о Салливане.

Она невольно крепче сжала руль. Она думала, что проделала все безупречно, когда сбежала в Остин. Вроде бы все было чисто.