Стеклянный лес

Однако Силье не было никакого дела до того, слышит их кто-нибудь или нет.

Перекатившись на бок, Генри в изнеможении прошептал:

– Моя куколка.

Силья устроилась рядом с мужем, крепко прижавшись к нему и укрыв их обоих одеялом. Она знала, что ему нужно отдохнуть. Сама же медленно вдыхала и выдыхала в попытке унять отчаянно колотившееся сердце. Ей не терпелось дождаться того момента, когда они снова смогут заняться любовью.

Теперь, когда Генри появлялся на Манхэттене, они больше не посещали рестораны и не гуляли по городу, а снимали номер в отеле.

Муж оплачивал пребывание и подписывался в журнале регистрации своим квадратным почерком: «Мистер и миссис Генри Гласс». Клерк за стойкой улыбался одетому в военный мундир Генри, кивал Силье, теребившей обручальное кольцо, и желал приятного пребывания. В ответ Генри уверял его, что именно так и будет. Поднимаясь в лифте, супруги держались за руки.

Силье очень нравилось заниматься любовью с мужем, и собственная раскованность ее изумляла, ведь раньше она не могла и помыслить, что интимная жизнь столь многообразна.

И все же она делала это вместе с собственным мужем, словно на свете не существовало ничего более естественного.

Теперь Силья была замужем, и Генри – красивый идеальный Генри – принадлежал только ей одной. Ни у одной женщины не было прав на его тело, и ни один мужчина, кроме Генри, не смел посягнуть на нее. И так будет до конца жизни.

– Я никогда об этом не пожалею, – прошептал Генри, когда они в изнеможении сжимали друг друга в объятиях.

 – Женившись на тебе, куколка, я принял самое разумное решение в своей жизни.

Глава 8

Энджи

В иллюминатор «Боинга-707» я впервые увидела Нью-Йорк. День выдался ясным, и вокруг расстилалось ярко-голубое небо.

– Идеальная погода, – сказал по громкой связи пилот. – Посмотрите налево, чтобы полюбоваться чудесным видом Манхэттена.

Я уставилась в крошечное овальное окно, не в силах стереть улыбку с лица. Перелет в другой город действительно оказался таким захватывающим, как я и ожидала.

Прижав Пи Джея к груди, я показывала ему Эмпайр-стейт-билдинг, возвышавшийся над остальными зданиями в центре города, видневшуюся в отдалении статую Свободы и другие достопримечательности города. Я старалась говорить тихо, чтобы не беспокоить Пола, на протяжении всего полета читавшего журналы и курившего одну сигарету за другой. Проходившая мимо длинноногая стюардесса мягко напомнила ему, что во время приземления курить запрещено.