Железный волк

Пламя в чёрной пустоши Свартне горело не так, как в городе. Здесь оно всегда казалось сильным, и только у него, насколько хватало глаз, был цвет. Яркий, живой оранжевый огонь на фоне чёрного мёртвого леса. Пламя пожирало тушу, забирая с собой запах и жизнь. Под конец кровь в ушах Ювы перестала колотиться.

Она сожгла его. Сожгла волка.

Броддмар сказал однажды, что Юва – охотник, который не любит охоту больше всех остальных охотников, и он полагал, что это связано со смертью её отца. Но это было связано с сотней разных вещей.

Отец. Мать. Чтение крови. Кошмар. Биение сердца.

Она убивала волков не ради денег и уж точно не ради счастья охотиться. Она убивала, потому что была обязана. Потому что если она перестанет этим заниматься, мир развалится на части.

Вкус крови

Рюген проснулся от острой боли в челюсти. Его что, побили? Или ограбили, пока он пытался проспаться? Он пошарил в поисках кошеля. Тот оказался на месте, хотя и похудел.

Рюген с трудом продрал глаза.

На скамьях вокруг него вповалку спали люди: мужчины и женщины, похожие на кучу щенков. Совершенно чужие люди, которым он, судя по всему, не так давно был лучшим другом. Сейчас от одной этой мысли ему сделалось нехорошо.

Он попытался поднять руку, но она даже не пошевелилась. Какого чёрта – его что, парализовало? Он посмотрел на волосатую руку, которая покоилась на его животе, и понял, что она принадлежит не ему, а мужчине, спящему рядом с ним. Рюген застонал и попытался собраться с мыслями.

Интересно, как давно он их растерял?

Он сполз с лавки. Его сосед перевернулся на спину, но не проснулся, и Рюген заметил суму у него на поясе. В ней могло поместиться немало денег… Нет, он чувствовал себя слишком плохо. К тому же он вспомнил, что этот парень ему понравился. Пивовар-неудачник из Гримсе, который говорил на плохом нурранском. Он сошёл с корабля и оказался прямо здесь. Ни у кого из тех, кто попал в Наклав морским путём, не водилось больших денег.

Ещё один всплеск боли.

От верхних зубов вверх по черепу поднимался огонь. Что, волк раздери, это такое? Никогда больше он не станет запивать самогоном… Надо подняться на ноги, расходиться.

Рюген заставил себя встать. Растёр руками поясницу. Ох уж эти тощие подушки, лучше бы их вообще не было! Свечи на столе слиплись и превратились в бесформенный ком, в котором тонули фитили. Ладно, заведение низкопробное, но неужели нельзя хотя бы поменять свечи?

Как же душно.