Железный волк

Стать невидимкой. Стать свободной. Может, она скопит денег, чтобы навсегда уехать из Наклава, и найдёт место, где крепко встанет на ноги. Место, где нет ни чтиц крови, ни вардари.

Фонарный переулок, бесспорно, был улицей чтиц крови. Разумеется, предсказания можно получить по всему городу, но власть была сосредоточена здесь. Отсюда виднелся храм Юль на вершине Скодды, штаб-квартира Ведовской гильдии. Состоящих в гильдии чтиц крови отыскать несложно: надо просто следовать за красными фонарями.

Красный цвет предназначался для настоящих.

Для истиных чтиц крови. Как будто хоть что-то у них было настоящим. Они желали получить исключительное право пользоваться фонарями, но даже Ведовская гильдия не могла запретить людям вешать фонари рядом со своими дверьми. Городской суд предоставил чтицам крови исключительное право использовать фонари определённых цветов. В результате улица оказалась заполнена теми, кого в гильдии называли любителями: перед их домами висели жёлтые и оранжевые фонари, и их цвет зачастую был настолько близок к красному, что их владельцев штрафовали и заставляли менять.

Юва низко опустила капюшон на лицо. Узкую улицу заполнил морозный туман; от этого у Ювы усилилось ощущение, что она направляется в западню.

Пристройки выступали над улицей под всеми возможными углами. Разрешения на новое строительство выдавались реже, чем случались равноденствия, но люди есть люди, они обходили правила и продолжали строить. Пассажи, мосты и лестницы росли быстрее, чем городской совет успевал их регистрировать, и те изящно нарисованные карты, что продавали приезжим, редко включали в себя все новые здания.

В целом ряде мест дома срастались друг с другом над улицей или же были связаны каменными или деревянными переходами с маленькими окошками. Приезжие называли их Наклавскими мостами, но даже не подозревали, что по поводу переходов жители города ссорились чаще всего. Люди даже вступали в браки, чтобы соединить два выступающих из фасада окна переходом и сдать его за хорошие деньги.

Таков Наклав в двух словах.

Юва остановилась перед дворцом Саннсэйров, домом её семьи, который она покинула в шестнадцать лет. Её нога уже давно не ступала на его порог, а сам вид дворца внушал Юве больше беспокойства, чем она была готова признать.

Каменный особняк стоял последним на улице. Он был настолько велик, что другие дома по сравнению с ним казались скукоженными, как будто их медленно, но верно вытеснял с улицы мрачный дом чтиц крови.