Железный волк

Нафраим подошёл к деревянным перилам и посмотрел на круг Наклы.

Это правда.

Круглая площадь под ним бурлила. Когда-то это место было мирным, благословенным, насколько это возможно в Шлокне, но теперь оно превратилось в базар. На уровне земли крытые галереи вдоль всей стены перестроили в магазины, хотя арендная плата здесь была необычайно высока. Работники магазинов и чайных домов вывалились на улицу, чтобы поглазеть. Они стекались к каменному кругу в центре, который образовывали шестнадцать высоких глыб из массивного чёрного камня.

Они были составлены парами. Восемь пар. Восемь врат. Пульсирующее сердце Наклава.

Ни в одном другом городе не было большего количества каменных врат, и, как следствие, большего богатства. Врата являлись источником власти, денег, знаний и дипломатии. Нафраим наблюдал развитие почти семь сотен лет и понимал, как они важны по своей сути.

Его никогда не переставало удивлять, насколько обыденно люди воспринимают врата, совсем не понимая их. Несмотря на то что как научные, так и религиозные объяснения были притянуты за уши и жидковаты, врата больше не казались чудом.

Окаменелые птичьи яйца и винные бокалы из панцирей жучков – на это люди смотрели с открытыми ртами. Шкатулки, в которые можно положить деньги и получить предсказание из рук механической куклы, являлись, безусловно, большей загадкой, чем перемещения между городами мира за считаные мгновения.

А вот сейчас они удивлялись.

Люди боролись за места, с которых хоть что-то можно разглядеть, а стражи врат сдерживали их.

В середине каменного круга стоял предмет, который люди принимали за декоративный элемент: колонна, старая, как Гаула. Формально её называли Очевидец, но у неё было много имён. Проводник, волчьи стены, Водяная башня, перекрёсток дьявола…

Несмотря на все названия, никто из стоявших внизу не был уверен в назначении этой колонны. Единственное, в чём все были уверены, – она простоит там ещё целую вечность, неизменная, как и окружавшие её камни. Так было до сего дня.

Нафраим облокотился о перила. Он с болью осознавал, что он – единственный, кто в каждом движении видит конец всего.

Отсюда, сверху, колонна была похожа на трёхгранный меч, выросший из земли. Три мощные стены, встретившиеся в центре. Железный перекрёсток, как назвал его юный принц. Это не железо, это медь, которая позеленела за столетия и теперь, казалось, светилась призрачным сине-зелёным светом, таким типичным для Наклава.

Трое животных венчали колонну.