Ветувьяр

Зал ликовал, девицы визжали от восторга, щелкали аплодисменты – и вправду, можно поговорить, в таком шуме даже Робина никто не услышит. Ланфорд поудобнее уселся на жесткой деревянной скамье, истертой сотнями задниц, и невидящими глазами уставился на дерущихся, избегая смотреть при этом на девиц. Уж слишком неприятные воспоминания они на него наводили.

– Как тесть? Как невеста? – Нетерпеливо допытывался Робин.

– Хуже, чем можно себе вообразить.

– Чего, одноглазая что ли? – Усмехнулся друг.

– Лучше бы одноглазая, – Ланфорд раздраженно повернулся к Робину, – Да я такой дурищи за всю жизнь не встречал!

Память неумолимо возвращалась к тому глупому вечеру, когда он сидел в тесной душной гостиной, замученный мужичок перед ним глушил одну кружку за другой, а его зашуганная доченька бегала туда-сюда с тарелками, мозоля глаза и раздражая одной своей постной миной.

Ланфорд так и не спросил, сколько ей лет, но на вид нельзя было дать больше шестнадцати – подержаться не за что, поговорить – и то, не о чем! И ведь сидела весь вечер, как глухонемая, еще и глазищи в тарелку опустила.

Если что и пискнула за все время, то только “да, папенька”. Нет, Ланфорд, конечно, ожидал, что вешаться ему на шею никто не будет, но в глубине души надеялся, что девица окажется хоть сколько-то приятной.

– Мне подсунули глухонемую скелетину, которая только и может, что глазами хлопать! – Пожаловался он Робину, – Приданого никакого, один отец, и тот – не просыхает! Нет бы хоть жрать готовить умела, так и тут бог обделил!

Временами Ланфорду казалось, что вкус того жесткого пересоленного мяса, которое приходилось буквально заталкивать в глотку, останется с ним навсегда, но потом камарил вспоминал, что такого наказания он вроде бы еще не заслужил.

Хотя… чем он заслужил себе такую невесту?

– Что? Правда глухонемая?

– Нет, – Буркнул Ланфорд, – Просто молчит постоянно.

– А на лицо-то хоть? Что, тоже страшила?

– Да я и не видел толком.

Эта деревенщина даже волосы прибрать не додумалась. А как морду вниз опустила, они все и закрыли. Но нет… бледная такая, как чумная.

– Знаешь что, брат, – Выдохнул Робин, – Тебе бы радоваться, что такую невесту Нэриус удружил! Как бы на какой змее женился, так она бы и трепала нервы всю жизнь, а эта рта не откроет – делай, что хочешь!

– Легко тебе говорить… Не тебя заставили разгребать проблемы ордена!

“Быть рукой” – как бы сказал Нэриус.