Я дочь дракона, только тсс!

Это магия у меня забрала столько сил?

Перевернувшись из последних сил, усталым безучастным взглядом смотрела в бледное небо. Тело просто распласталось по земле как тесто. Даже камни, впивавшиеся жесткими гранями, уже не причиняли дискомфорт. Удивление новым способностям прошло где-то по краю отрешенного сознания, не задев и не возмутив его.

Если маги сейчас прилетят, то они меня возьмут просто тепленькой. Но, к счастью, никто не появился, кроме нескольких взрослых драконов.

Силы постепенно возвращались ко мне.

Вскоре припекавшее солнце вынудило переместиться в тень.

Удивительные метаморфозы произошли не только со мной. Драконы, едва терпевшие меня в логове, сначала дружелюбно заклекотали при моем появлении, а потом сложили передо мной различные подношения: фрукты, ягоды, тушки мелких животных.

С сожалением вернула мясо обратно, потому что сырым, неразделанным и без соли я его есть не могла бы, а магичить, увы, сил не было.

Пообедав фруктами, свернулась клубком на мягкой постели из травы, которую принесла мама-дракон, и мигом заснула.

Драконица издала ласковую трель и положила голову рядом со мной, обвив хвостом.

Снилось мне, что драконы все вокруг превратились в людей. Были слышны мужские голоса, женский смех, радостный гомон детей. Они жили тут своей жизнью, веселились, создавали семьи. Внезапно резко проснулась от одной мысли, гулко ударившей в голову, словно пушечный выстрел: я – единственный дракон-трансформер в этом мире. Первый дракон, принимающий человеческий облик.

Или точнее, наоборот. Первый человек, имеющий драконью сущность.

И все же, прежде всего я человек. Огляделась. Запустив руки в подстилку, пошуршала ароматным сеном. В этот раз мама-дракон принесла особенно мягкой и тонкой, словно паутинка, травы. Она была словно серебристое облако. Оно ничуть не помялось, и едва я слезла с подстилки, как она снова распушилась. Задумавшись, я скрутила и потерла один пучок между пальцев. Трава не рвалась и не крошилась.

Обвела взглядом дно расщелины и отыскала поблизости чахлый кустик с редкими тонкими длинными листочками.

Развела ветви руками и, уколовшись пару раз о шипы, отломила два ровные палочки достаточной длины. Содрав терпко пахнущую кору, долго терла об шершавый валун, пока не получились слегка заостренные, округлые кончики, как у настоящих спиц.

Но палочки были еще скользкие от выделяющегося сока. Положила просушиться, а сама занялась устройством примитивной прялки. Помню, у бабушки в деревне была такая.