Капкан. Ты самый опасный для меня

 – Потому что не за что меня ненавидеть! Я хорошая! Я ничего тебе не сделала, и с каждым днем, узнавая меня, ты будешь все больше и больше в этом убеждаться. Ты сдашься! Ты так и не сможешь найти ни единой гребаной причины, по которой должен считать меня своим врагом. Возможно, я вообще лучший человек в твоей жизни! Ох, как это тебя бесит, правда?

Он ударил мои руки об землю, как делал это в машине. А я только рассмеялась от мысли, что мы вернемся домой все в синяках. Буквально с ног до пяток. И это только первые сутки нашего милого общения.

– Я уничтожу тебя, Мелочь, – процедил он. – Но не таким глупым способом, как ты себе напридумывала. Ты и опомниться не успеешь, как окажешься на дне.

– Если только к себе гости позовешь на это самое дно, – процедила я. Кажется, вот теперь зря. Он так нехорошо ухмыльнулся и подтянулся на мне, вжимая свои бедра между моих ног. От этого нехитрого действия ширинка его джинс прошлась вдоль трусиков, натирая еще больше. О черт! Я и эти его мысли прочитала по глазам.

Он заставил меня издать короткий стон, и был доволен собой.

Но на этом не остановился. Зафиксировав мои запястья одной рукой, освободил вторую и положил ее на мое ребро. Совсем близко к груди, точно зная, что это напугает меня, и я попытаюсь вырваться. А он, сразу же воспользовавшись моментом, опять потерся о меня своим стояком.

Я застыла, на секунду закрыв глаза. Чертов извращенец! Какого хрена он творит?

– Тебе самому от себя не противно? – процедила я зло.

– От чего? – деланно удивленно спросил Рома и, опустив руку, стиснул мою попку, после чего толкнулся так сильно, что на этот раз я застонала во весь голос.

Он же буквально… издевался надо мной. – От этого? Мне должно быть стыдно?

Его шепот обжигал щеку. Теперь я если и дрожала, то не от холода. Не от холода…

Боже, как же я чертовски ненавижу его!

– Думаешь, если какая-то смазливая девка расставила ноги, то этого достаточно, чтобы возникла симпатия? – спросил он все так же тихо, спокойно, но сплошь ядовито. Как будто мне под кожу вогнали иглу с ядом черной мамбы.

 – Или может быть чувства? Хочешь, проверим, способен ли я на чувства, Мелочь?

Он сделал так еще раз. Врезался в меня, вызывая волну возбуждения, и прошелся кончиком носа по моей скуле, жадно дыша, вдыхая меня. Я не могла смотреть на него. Я знала, что если открою глаза, то начнется ураган, который сметет здесь все. Потому тяжело выдохнув, покачала головой.

А еще я хотела наконец сказать, чтобы он прекратил это.