Прикосновение разрушения

Надо ведь просто… сидеть.

Уголки рта Гекаты приподнялись.

– Ты заблуждаешься. Цель медитации в том, чтобы обрести контроль. Разве контроль – это не то, чего тебе так не хватает, Персефона?

Голос Гекаты отозвался где-то глубоко внутри, с нотой соблазна. Персефона не могла отрицать, что страстно жаждала того, что предлагала богиня. Она хотела обрести контроль над всем – своей магией, своей жизнью, своим будущим.

– Я слушаю, – произнесла Персефона.

Геката продолжила с лукавой улыбкой:

– Смысл медитации состоит в том, чтобы оставаться сосредоточенной каждую секунду, вместо того чтобы отвлекаться на то, что тебя изводит, – на то, что тянет тебя вниз, заставляет твою магию создавать вокруг тебя щит.

Геката заставила ее выполнить несколько медитаций, велев сосредоточиться на дыхании. Персефона была уверена, что все могло бы пройти спокойно, если бы ей удалось не дать своему разуму отвлекаться на Аида. Она могла поклясться, что дважды он был прямо за ней. Богиня чувствовала его дыхание на своей коже, мягкое царапанье его бородки на своей щеке, когда он шептал ей на ухо.

«Я думал о тебе весь день».

По спине у нее пробежала дрожь, и внутри все напряглось.

«О том, какая ты на вкус, как мой член скользит внутри тебя, как ты стонешь, когда мы занимаемся любовью».

Персефона прикусила губу, и между ног у нее заполыхал пожар.

«Я хочу любить тебя так страстно, чтобы твои крики достигли ушей всех живых».

Персефона сделала резкий вздох и открыла глаза.

– А знаешь, – произнесла она. – Давай-ка встряхнемся.

* * *

– Я опоздаю! – Персефона скинула одеяло и вскочила с кровати.

Аид застонал и протянул к ней руку.

– Вернись в постель, – сонно произнес он.

Не обращая на него внимания, она забегала по комнате в поисках своих вещей. Сумочку Персефона нашла на кресле, туфли – под кроватью, а одежду – смятой в складках простыней.

– Аид… – зарычала она и потянулась к нему.

Его руки обхватили ее за талию, и он перекатился, прижав ее своим телом.

Она засмеялась, извиваясь под ним:

– Аид, прекрати! Я и так опаздываю, и в этом виноват ты.

Он выполнил свое обещание, вернувшись в подземное царство около трех утра. Скользнув в кровать позади нее, он поцеловал ее с пожеланием доброй ночи, но не остановился на этом.