Прикосновение зла

Она приоткрыла рот в ожидании поцелуя, вот только он прижался губами к ее лбу.

Ее охватила буря эмоций – в ней боролись разочарование и смущение. Что происходило в голове Аида? Что бы там ни было, у Персефоны появилось ощущение, будто он ее наказывает. Она уставилась на него, проглотив то, что хотела сказать, – обвинения, что хотела ему бросить, – и прошептала «доброй ночи», прежде чем забраться под холодные одеяла, слишком уставшая, чтобы долго размышлять об отстраненном поцелуе Аида, и погрузилась в глубокий сон.

* * *

Проснувшись позднее, она увидела Аида, раздетого и сидевшего на кровати спиной к ней, спустив ноги на пол.

«Ну, – подумала она, – по крайней мере, он добрался до постели».

Она протянула к нему руку. Ее ладонь легла на твердые мускулы его спины.

– Ты в порядке? – прошептала она.

Он повернул голову и взглянул на нее, после чего развернулся всем своим обнаженным телом и потянулся к ней, приблизив к ее лицу свое, но вместо того, чтобы поцеловать ее, нежно провел по ее щеке большим пальцем.

– Я в порядке, – ответил он и выпрямился. – Спи, я буду здесь, когда ты проснешься.

Но эти слова не принесли ей покоя, и вместо того, чтобы послушаться, она приподнялась и села.

– Что, если я не хочу спать?

Богиня оседлала его, обвив руками шею, в то время как его ладони легли ей на талию.

– Что не так? – спросила она. – Ты не поцеловал меня и не лег со мной.

Она почувствовала, как напряглись его руки.

– Я не могу заснуть, – ответил он. – Потому что не могу заставить свой разум замолчать.

– Я могу тебе помочь, – прошептала она.

На его губах мелькнула грустная улыбка, он ничего не ответил. Поэтому Персефона продолжила:

– И… почему бы тебе не поцеловать меня?

– Потому что внутри меня кипит гнев, и предаться любви с тобой… Я не уверен в том, что из себя выпущу.

– Ты на меня злишься? – спросила она, вплетая пальцы ему в волосы.

– Нет, но, боюсь, я согласился на то, что причинит тебе лишь боль, и уже не могу себя простить.

– Аид… – Его страхи ранили ей сердце. Персефоне хотелось сказать ему, что это было не только его решение, но и ее, но она знала, что это не принесет ему успокоения. Этот бог жил много веков, знал мир намного лучше ее, у него были причины верить в то, во что он верил, и она не могла с этим спорить.

Богиня наклонилась ближе. Ее дыхание коснулось его губ. Напряжение между их телами стало наэлектризованным.

– Предайся со мной любви, – прошептала она.