Сумерки богов

– Ты же не хочешь изгнать собственную внучку?

Сигрун повернула голову; её свирепый взгляд пронзил и удержал Хределя, как копье охотника.

– Изгнать? Нет, Хредель, если Человек в плаще с позором пошлёт её обратно, Дису не спасёт что-то столь хрупкое, как родство. Если она потерпит неудачу, я своей же рукой прибью эту глупую девчонку.

Нос лодки вздымался в такт ударам гребца. Над головой сквозь рваные прорехи в облаках проглядывали звезды; ночь текла к концу. Скоро рассвет окрасит небо на востоке, и где же будет она? Диса сидела в тишине, обдумывая ответ, пока дальний берег медленно приближался, надвигаясь, как зловещее пророчество, от которого она не смогла убежать.

Станет ли она тогда рабыней? Или вообще не доживёт до восхода?

В одном кулаке Диса сжимала гладкий камень с глубоко вырезанной руной – Дагаз. Его чернильный двойник всегда был с ней на плече, нанесённый рукой её отца, когда она была ещё младенцем. Эта руна… этот камень были основами её судьбы.

Как и священных рун, Дочерей Ворона было двадцать четыре. Ни больше ни меньше. Дети семей, основавших Храфнхауг, все Дочери носили татуировки рун, соответствующих первой букве их имени. Именно с помощью рун Судьба решала, кто из Дочерей будет служить жрицей Человеку в плаще, бессмертному вестнику Спутанного Бога, а кто – законодательницей и защитницей Храфнхауга.

Диса вспомнила предвкушение и страх, охватившие деревню неделю назад, когда охотники нашли старую жрицу – старуху по имени Колгрима – мёртвой у входа в ущелье, которое называлось Шрамом.

Как старшей из Дочерей Ворона Сигрун, родной бабушке Дисы, пришлось наблюдать за выбором новой жрицы. Как казалось Дисе, это не так уж сложно: Сигрун собрала остальных двадцать три Дочери вместе у Вороньего камня в центре деревни. Она приказала одному юноше вскарабкаться по поверхности Камня и достать из ниши запечатанный глиняный горшок. Тот покоился в вырезанном углублении на вершине камня уже пятьдесят восемь лет – с того момента, как старая Колгрима приняла мантию жрицы. Горшок был лёгким и полым, а его поверхность со временем исцарапалась и потрепалась. Юноша осторожно передал его бабушке.

На глазах у Дисы и других Дочерей Сигрун разбила горшок, извлекла из осколков высеченный камень и подняла его в руке. Её руна – Дагаз. Все надежды Дисы рухнули в мгновение ока. Она не хотела служить Человеку в плаще.