Красавица

Ты выше меня ростом.

– Нет проблем.

Зейн протянул ей руку.

– А ты точно сможешь меня удержать?

– Перестань, Тэлли-ва. Зачем нужны хирургически укрепленные мышцы, если мы не станем их использовать?

– Использовать для самоубийства? – прошептала Тэлли, но потянулась и ухватилась за руку Зейна.

Новые мышцы оказались сильнее, чем она предполагала. Стоило только ее пальцам сомкнуться вокруг запястья Зейна, как она с легкостью оторвалась от подоконника. Свободной рукой Тэлли ухватилась за край крыши и сумела найти выбоину в стене, чтобы упереться ногой.

Тэлли охнула – и в следующее мгновение перекатилась через карниз на крышу. Она распласталась на камнях, таких чудесных, таких надежных, и облегченно расхохоталась.

Зейн улыбнулся.

– Да, я не ошибся.

Тэлли устремила на него вопросительный взгляд.

– Я ждал кого-то вроде тебя.

Красавцы и красотки не краснеют. По крайней мере, они не краснеют как уродцы, но Тэлли, чтобы хоть как-то скрыть смущение, охватившее ее после слов Зейна, пришлось торопливо вскочить на ноги.

Выбираясь на крышу через окно, они серьезно рисковали, и от волнения взгляд Зейна стал совсем уж невыносимо пронзительным.

С крыши открывался вид на башни Нью-Красотауна, на зеленые ленты увеселительных садов, сбегающих к холму в центре города. На противоположном берегу реки уже проснулся Уродвилль. На футбольном поле уродцы-новички гоняли черно-белый мяч. Ветер донес яростный свист судьи. Все казалось чересчур отчетливым и близким. Чувства Тэлли по-прежнему были обострены, в памяти еще были живы те мгновения, когда она висела под карнизом, держась за руку Зейна.

Каменная крыша была плоской, над ней возвышались только три вентиляционных короба, высоченная мачта ретранслятора и металлическая будка размером не больше биотуалета в Уродвилле. Тэлли указала на эту будку:

– Она прямо над лифтом.

Они пошли по крыше. На старинной двери будки – покрытом ржавчиной листе металла, какие в изобилии усеивали Ржавые руины, – было неуклюже нацарапано: ВАЛЕНТИНО, 317.

– Ты молодчина, Тэлли, – с усмешкой проговорил Зейн.

Он рванул дверцу на себя, но та оказалась закрытой на новенькую блестящую цепочку, на которой висел такой же блестящий металлический предмет вроде коробочки. Цепочка с жалобным скрежетом натянулась.

– Гмм…

Тэлли пристально уставилась на механизм, за счет которого цепочка удерживала дверь в закрытом положении.

– Это называется… – изо всех сил напрягая память, проговорила Тэлли.