Лекарство от смерти

Коляска мешает мне повернуться, чтобы увидеть стоящего позади, но я ему благодарна. Легкая улыбка счастья посещает мои губы. Пышное облако проходит сквозь нас, гонимое ветром. Увиденное после повергает меня в глубочайший шок, кровь застывает, а тело покрывается мурашками, но это уже не от холода. Две стихийные эмоции пронизывают меня, подобно копьям льда, прожигающим горячее тело. Это восхищение и страх. Я нахожусь в незнакомом мне городе, на высочайшем небоскребе. Подаюсь вперед под влиянием всего этого необъятного мира.

Сотни метров подо мной на этот раз ничуть не сковывают движения. Страх кроется не в высоте. Это, скорее, боязнь расстаться со столь чудным местом, боязнь проснуться и понять, что все произошедшее – только лишь сон. Мимо пролетают птицы, прекрасный город с раскинувшейся вдалеке голубой гладью воды предстает моему взору. От красочности момента по моим щекам скатываются слезы, а сердце трепещет, как во время первого поцелуя. До боли чужое мне место, но вместе с тем, пахнущее домом. Я не знаю, как вам это описать. Руки только сильнее сжимают ограду.

Мой спутник встает с боку, я смотрю на него, но все ещё не могу различить лица, он же, в свою очередь, пытается что-то сказать, показывая телефон, но понять этот шифр у меня не выходит.

Все начинает казаться таким размытым…

Удар, еще один удар. Я оглядываюсь и не могу понять, откуда доносится звук. Все начинает размываться и скручиваться в безумную воронку. Неясные голоса прибавляются к происходящему. Это то, чего я так боялась.

Мое сознание возвращается в реальность. Парящий мир был лишь видением, которому, возможно, не суждено никогда стать явью. Так много вопросов к своему воображение, почему я не могу знать ответы на каждый?

Я просыпаюсь. В дверь кто-то бьет с приличной силой. Нехотя вылезаю из ванны, прикрываюсь одеялом и открываю дверь. На пороге стоит отец…

***

– Сара, чем ты здесь занималась 4 часа? – его внешность и голос говорят о том, что он сильно рассержен и лишь немного взволнован.

4 часа в ванной. Я и не заметила, как быстро они пролетели. За это время ванна стала больше напоминать сауну. Невероятная духота, покрытые испариной зеркала, стены и мебель; даже дышать в таких условиях становилось трудновато. Мой жалкий эпителий напоминал кожу креветки после варки.

– Мылась, – не сразу отвечаю я.

– 4 ЧАСА? – отец выходит из себя.

– Просто заснула…

Его допрос меня не сильно цепляет. Ко всему такому я уже привыкла.