Шаман северного клана

– Так это, со Снежком, он хоть и глупый пес, но все равно понимает, о чем ему говорят, – он погладил прыгающего вокруг белого пса.

– Возможно, – атаман прищурился. – Ладно, я тебе доверяю, еще ни разу ты меня не подвел, давай мне зелья и мы пойдем.

– Да, конечно, возьми, – алхимик протянул три склянки с оранжевым зельем.

– Хорошо, спасибо, удачной ночи, надеюсь, мы найдем их, – протянул атаман и покинул хижину.

Старик помолчал некоторое время, пока на улице не стихли звуки людей и произнес:

– Можете выходить, они ушли, – дети вылезли из шкафа и посмотрели на него испуганным взглядом, – что вы там смотрите? Я говорил, что мне нужно как-то жить здесь, и не ввязываться в проблемы.

Но похоже я в них уже ввязался, связавшись с вами, не так ли?

– Ни в какие проблемы вы не ввязались, мы завтра же с утра уйдем, – произнес раздраженно Норберт.

– Не надо злиться, – усмехнулся старик, – когда станете взрослее, поймете, о чем я. Вы мне лучше вот что скажите, как вам удалось убить брата атамана? Как вы умудрились за день испортить отношение с атаманом.

Я скажу вам так, что даже солдатам короля не удавалось убить, никого из атаманской семьи, а вы… Да еще и родного брата!

– Хватит! – крикнул Кайшин, – это вышло случайно, мы просто защищались, а то, что это был брат атамана, мы не знали. Можно мы уже закончим этот разговор и отправимся спать.

– Это отличная идея, – сказал радостный старик, – я разбужу вас утром, а пока ложитесь в кресла, они удобные и можете спать там.

Это все что я могу вам предложить.

Старик лег в свою кровать, а Норберт и Кайшин сели в кресла, которые стояли напротив камина. Они и правда оказались очень удобными и мягкими, Норберт почти сразу же уснул, а Кайшин некоторое время обдумывал сегодняшний день. Его все не покидал вид крови и то, как грозный бандит превращался в беспомощный труп.

Он ощущал какое-то странно чувство, которого не испытывал ранее, описать которое он не мог.

Разум его говорил, что это ужасно и низко, но душа кричала ему, что он поступил как нужно. Он вспоминал рассказы отца, как тому тоже приходилось убивать, чтобы спасти свою жизнь или жизнь своего друга. Но даже это не успокаивало Кайшина, ему казалось будто кровь пробудила в нем первобытные инстинкты, которые его племя так тщательно пыталось изничтожить.

Даже переставая думать об этом, ему в голову лез рассказ старика, который он услышал.