Цена согласия

Ни единой!

– Визитка моя у тебя есть. Адрес отеля ты знаешь. Когда амбалы из Москвы найдут тебя и повезут за город для приватного разговора, забудь о моих предложениях. – Он разворачивается и идет по ступеням вниз.

Боже, и как теперь быть? Если стану шуметь на лестничной площадке, то соседка, повернутая на всю голову старуха, вызовет полицию, а после скандала будет распускать сплетни, что я выкинула из квартиры беременную сестру. О спокойной жизни в этом доме можно забыть навсегда. Или до тех пор, пока сумасшедшая бабка не отдаст концы.

В таком состоянии, как у меня, мозг и впрямь похож на желе. Ничего лучше не придумав, я спускаюсь вниз и подхожу к машине Гончарова. Открываю пассажирскую дверь и забираюсь на сиденье.

– А зачатки мозга все-таки имеются, – тянет он таким голосом, будто нарочно издевается. – Это радует. – Окидывает задумчивым взглядом мою блузку. – Приодеть бы тебя, чтобы прелестями не светила.

Гончаров бесцеремонно кладет руку на мое колено, и я тут же вздрагиваю, собираясь выбежать на улицу, но хватка мужских пальцев становится сильнее, давая понять, что обратной дороги нет.

Все-таки я дура. Которая попала в безвыходную ситуацию и боится остаться один на один с кучей проблем.

– Не трясись. В Москву поедем. Там нас ждут великие дела. Ограбим несколько банков, вскроем счета нехороших людей, выйдем пару раз в свет, и будешь свободна, Бонни.

– Эта парочка плохо закончила. Я так не хочу. У меня в планах прожить долгую и счастливую жизнь.

– Замечательно. – Гончаров отпускает мою коленку и протягивает мне бутылку с виски. – Выпьешь всё до дна и сегодня точно не умрешь. По крайней мере, от моей руки.

– Что? – Я непонимающе на него смотрю.

– Я не психотерапевт и не психолог, душу мне изливать не надо. Выпей, чтобы не жужжать над ухом и не нервировать.

Становится до ужаса обидно от такого обращения и слов.

– Тогда со мной лучше поступить, как с Куваевым. – Киваю на папку, которая лежит на заднем сиденье. – Заодно до спальни потом донесешь и сделаешь все, что тебе нужно, – намекаю на то, что интимом Гончаров займется со мной, только если я буду в бессознательном состоянии.

Он задерживает темные глаза на моей груди, а потом чувственные губы дергаются вверх в ухмылке:

– Донесу, милая, не переживай. Но чуть позже.