Сделка с совестью

Пусть так. Лучше на нейтральной территории пересечемся, чем на пороге моей квартиры или у него дома.

9 глава

– Алён, Слуцкий приехал и хочет тебя видеть, – говорит Света, появляясь в зале. – Иди, я займусь, – кивает она в сторону лестницы и благодушно улыбается клиентам.

Я до боли прикусываю губу, отрываясь от планшета, на котором показываю состоятельной паре, как будет выглядеть их автомобиль в разных цветах. Несколько секунд смотрю перед собой невидящим взглядом, а потом отдаю гаджет Свете и иду наверх, словно пьяная.

Глубоко дышу, пытаясь подавить в груди ноющую боль. Остатки былых чувств трепыхаются, но как выброшенная на берег рыба, которая вот-вот задохнется.

Одергиваю костюм и захожу в кабинет. Слуцкий сидит в кресле. Хмурый и напряженный. Вертит в руках какую-то статуэтку. Чем-то недоволен. Когда он такой, я всегда испытываю смесь страха и раздражения. Неужели Антон не понимает, что я не просто так улетала черт-те куда?

– Как поживаешь, неприступная Золушка? – спрашивает он спокойно, поднимая на меня глаза.

 – Принц истосковался и скоро начнет негодовать. А когда принц злится, то всегда творит глупости.

Я молчу, крепко сцепив челюсти и удерживая взгляд Слуцкого.

– Понятно, – тяжело вздыхает Антон и прерывисто втягивает в себя воздух. – Алёна, я ведь могу устроить так, что тебя больше ни в одно приличное место не возьмут работать. Ты это понимаешь? Или девочек твоих из магазина распущу. На улице всем скопом останетесь. Ипотеку, которую осталось всего ничего погасить… ну, тоже что-нибудь придумаю.

Почти все, что у тебя есть, на мои деньги куплено. Так? А мой подарок? Напомнить, что ты с ним сделала и сколько он стоил? Тебе каждый день дарят подобные вещи? Характер – это хорошо, Алёнушка, но ты перегибаешь палку, моя девочка. Обижать тебя, я естественно, никому не позволю, но сам ведь могу не сдержаться, а мне бы этого очень не хотелось.

От угроз Антона становится некомфортно в собственном теле и хочется трусливо покинуть кабинет. Какая же я дурочка глупая.

Была. В трепет от его ухаживаний приходила, о семье мечтала. А теперь никого не хочу к себе подпускать. И собраться не могу – внутри полный раздрай.

Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, я улыбаюсь, но это дается с таким трудом, что челюсть сводит от напряжения.

– Нет, не так, Антон. Я погасила внушительные суммы ипотеки без твоей помощи. Ценой собственного здоровья. Дима тоже пашет как проклятый. А если на улице окажусь, не пропаду.