Сделка с совестью

Тихо охает, морщится, чуть не падает. Я встаю с корточек и удерживаю, обнимая за талию. Алёна отстраняется. Поднимает на меня глубокий черный взгляд, снова обжигая жгучим пламенем.

– Завтра опять приду. Пока не согласишься выпить со мной кофе. Обожаю недоступных красавиц.

Она внимательно рассматривает меня, наверное, с минуту, а потом вдруг загадочно улыбается.

– С чего ты взял, Ян, что недоступная? Не было настроения, и нога болит, но я вовсе не против сходить с тобой в кафе. Идем? – произносит повеселевшим голосом.

– А как же «не пью чай и кофе»? – Я неверяще щурю глаза, не понимая, в чем подвох.

– Буду сок. Апельсиновый. И еще шоколадку. Желательно очень большую. А ты что будешь?

Я представляю Алёну, перепачканную сладостью со вкусом апельсина и шоколада, у себя во рту, и к дрожащим пальцам добавляются другие ощущения, которые опять выводят на эмоции.

– А я, Алёна, буду то же самое, – отвечаю, не сводя глаз с чувственных губ.

Цветок опять выразительно закатывает глаза. Но зря она так делает, потому что это открывает отнюдь не радужные для нее перспективы.

Жгучий красивый дьяволенок. И нет бы сразу поймать себя на мысли, что несколько минут назад девочка не желала проводить вместе время, а сейчас вдруг с энтузиазмом согласилась подарить свое внимание, и это явно не просто так. Но я беспечно отмахиваюсь и веду Алёну в кафе, расположенное в соседнем корпусе.

2 глава

Я наблюдаю, как девчонка вгрызается в шоколадку зубами и пьет сок с такой жадностью, словно неделю сидела в закрытом подвале.

Хочется у нее всё отобрать, чтобы не срывалась. Дозированно ведь нужно, но замечаний не делаю. Просто смотрю. Ничего сексуальнее давно не видел. Особенно когда она втягивает губами сок через соломинку, а потом их облизывает. Будто намеренно провоцирует.

– Ты не могла бы перестать это делать?

– Что? – Алёна поднимает на меня порочные глаза и приоткрывает влажный розовый рот.

Выражение лица довольное, сытое. Скольжу взглядом по губам, выше, и мы снова смотрим друг на друга.

Не девчонка, а грех. Откуда же ты такая взялась?

Алёна, заметив, что я рассматриваю ее лицо и шею, отдергивается от соломинки так резко, будто прикоснулась к вскипевшему чайнику, а через мгновение расплывается в игривой улыбке.

– Извращенец. Хватит меня смущать. У тебя все на лице написано, – произносит кокетливо.

Да, извращенец. Потому что в это мгновение все мысли ниже пояса. Страшно спугнуть напором, но и времени ухаживать тоже нет.