По доброй воле

Я вот думаю, может, бабушку отправить куда подальше? Пока тут поспокойнее не станет.

– От темы не уходи, – строго говорит Нина. – Монастырский не отступится. Либо отдавать ему все и идти на улицу, либо звонить Шахову и попытаться что-то сохранить. По-другому никак.

Я с минуту смотрю на визитку на столе. Взвешиваю все за и против. И соглашаюсь:

– Ладно, давай звонить помощнику Шахова.

Вдруг это и правда выход? Одна не вытяну войну, а выкидывать белый флаг рано. Долгов куча, замы сбежали. – мне нужна помощь.

Если допустить, что Шахов не откажется помочь и слияние будет на выгодных нам условиях, то я сохраню дом, компанию, заработные платы сотрудникам. Всяко лучше, чем через двадцать четыре часа остаться с голым задом на улице, все потеряв.

Нина набирает человека Шахова и, рыдая в трубку, просит о встрече с Григорием Игоревичем. Говорит, что согласна на любые условия по слиянию, только бы сохранить дело всей жизни родного отца и погибшего мужа.

Хорошая актриса. Я бы так точно сейчас не смогла.

Последние два дня диапазон эмоций – как у зубочистки. Либо нужно выпить вина, чтобы немного отпустить ситуацию, либо… Даже не знаю, что могло бы вытряхнуть меня из панциря.

– Фух, всё, – вздыхает Нина. – Если через пару часов ответа не будет, то твоя очередь звонить. Зуб даю, Шахов заинтересуется предложением.

Через два часа Нина опять звонит помощнику Шахова. А еще через два – наливает мне вина, потому что Платон Езерский сообщил о согласии своего хозяина на встречу. Она назначена на восемь вечера в ресторане в центре Москвы.

Радости по этому поводу я не испытываю. Наоборот, становится лишь тревожнее. Мало того, что один проходимец хочет отнять у меня все, так я решила довериться другому.

– Что ж, сейчас сделаю тебе прическу и макияж. – Нина оглядывает меня и подливает вина. – Маникюр свежий, педикюр тоже. Кстати, я погуглила, Шахов холост…

– Нина, хватит. – Предостерегающе смотрю на нее, испытывая раздражение. – Если его помощь выйдет за рамки договора, – киваю на стол с папками, – то я на такое не соглашусь.

Заметив мой недовольный вид, подруга закатывает глаза.

– Ладно-ладно. Только когда переступишь порог ресторана, подумай о бабушке, обо мне. В конце концов, о себе. С виду ты, может, и сильная, но мы обе знаем, что это не так. Твоя храбрость напускная. – Нина поднимает запястье и смотрит на часы. – Всё, времени мало, едем собираться. Сейчас помогу тебе навести марафет, а вечером ты как-нибудь сама.