Самые близкие

Ты же в курсе, что они с другом сеть спортивных школ в России открывают?

Киваю.

– Помогаю им, пока Андрей не может сюда приехать.

– Как у него дела? Ну, с его подругой…

– Да так, не особо, – машет дед рукой. Собирается еще что-то сказать, но его прерывает телефонный звонок. Он снова тянется в карман пиджака. – По работе, Яна, – виновато улыбается, – нужно ответить. – Отходит в сторону и с кем-то эмоционально обсуждает информацию по бюджету.

Этих пятнадцати минут хватает, чтобы взять себя в руки и еще немного поизображать беспечность, которой почти не осталось.

Если бы он хотел, то сам бы давно уже связался со мной, чтобы узнать, как дела, а не выяснял это через третьих лиц. И вообще, мог бы выделить пару дней, приехать и объясниться, а не сообщать по телефону, чтобы больше ни на что не рассчитывала.

Один день я ужасно злюсь на Андрея и ненавижу, презираю каждой клеточкой тела и души, а в другой – тоскую так сильно, что готова простить все на свете, только бы приехал и сказал, как я ему нужна.

Провожаю деда до машины, мы прощаемся, и я еду домой, где случается мощнейший откат. Резкий эмоциональный срыв. В своей комнате я даю волю слезам. Рыдаю взахлеб, точно зная, что завтра станет легче.

Ильмира периодически заглядывает проверить, как я, и остается дома, сказав, что будет в своей комнате. Если понадобится дружеское плечо, то она готова его подставить.

Выплакав еще одно море слез, я засыпаю. Утром выхожу из своей комнаты на запах свежей выпечки. В последнее время я подсела на ароматные теплые булочки из пекарни рядом с домом. Такие они вкусные! Тесто буквально тает во рту.

– Ну как ты? – спрашивает Ильмира, задерживая на мне внимательный взгляд.

– Настроения нет, но хотя бы плакать больше не хочется. Чувствую себя обезвоженной пустыней.

– Уже хорошо, – говорит она и опускает глаза на мой живот.

– Наверное, это из-за стресса, – удрученно вздыхаю я и тру заплывшие глаза.

Днем опять ехать к врачу. Опять нервничать. Ожидание мучительно, особенно когда не знаешь, будет ли исход важного дела благоприятным. Если бы дед сегодня приехал – точно бы понял: что-то не так и я подавленная и разбитая не только из-за тоски по родным.