Устоять невозможно

– Окей, – услышала я вдруг знакомый голос и чуть не расплакалась от счастья.

В нескольких метрах от меня стоял Смолов. Угрожающая улыбка застыла на его губах, а по его устрашающему и напряженному виду я поняла, что в обиду меня он не даст.

– Подойди ко мне, – скомандовал Роман.

Парни переглянулись, а у одного из них в руке показался нож. Сглотнув нервный ком, я замерла на месте, боясь пошевелиться. Оцепеневший мозг не в состоянии был даже думать в эту секунду о том, как Смолов здесь оказался. Я мечтала унести отсюда ноги.

Это в кино красиво снимали подобные эпизоды, а в жизни оказалось очень страшно столкнуться.

– Яна, иди ко мне, – с тем же самоуверенным видом и голосом, не терпящим возражений, повторил Роман, заметив мое состояние.

– У них нож… Я боюсь…

Я даже не успела договорить, как парень с ножом в два коротких шага оказался рядом и резко схватил меня за руку, развернул лицом к Смолову и примостил острое лезвие к моей шее. В этот момент вся жизнь пронеслась перед глазами.

Я очень жалела лишь об одном, что так и не позвонила отцу. Хотя весь день об этом думала. И, как оказывается, не напрасно. Но благо, больше ни о чем подумать не успела.

Роман оказался рядом в ту же секунду, отбросил парня, что преграждал ему путь в сторону, а у другого выбил нож из рук. Раскидал их, словно маленьких котят, и заслонил меня своей спиной. Парни быстро очухались и, оскалившись, наступали на нас с ножами.

– Дай мне фотоаппарат, – попросил он, протягивая сзади руку.

Я словно в трансе находилась и не сразу поняла, что он сказал. Хотел ослепить их вспышкой? Или запечатлеть их страшные лица на память? Руки дрожали, мысли путались, губы онемели.

– Яна! – Роман повысил голос.

Я вложила ему в руки свой фотоаппарат.

Смолов без промедления бросил его в сторону одного из парней. Сила его броска оказалась достаточной, фотоаппарат попал прямо в голову одного из негодяев. Тот повалился на землю. У второго Роман выбил нож ногой и нанес ещё несколько ударов кулаком по голове.

Застыв на месте, я смотрела на это все и не могла пошевелиться. И лишь когда крепкая ладонь схватила меня за руку и увлекла за собой мимо валяющихся на земле обидчиков, я пришла в себя.

Мы бежали вдвоем через какие-то дворы, обшарпанные здания мелькали перед глазами, Рома крепко держал мою руку. Спустя пять минут бега мы выскочили на площадь, откуда я уходила примерно полчаса назад, и остановились. Смолов переводил дыхание.