Свет твоей души

Две пары изумрудных глаз уставились на меня, а я так и видела, как в этих красивых, но жестоких головах крутились мысли – одна страшнее другой – каким бы пыткам подвергнуть тело ведьмы. То есть, мое.

– Я не ведьма, – прошептала я, хватаясь за последнюю соломинку. Стоявший рядом Анир возмущенно охнул, а я запоздало вспомнила, что обращать первой у них не положено. Но черт с ним, я себя уже не контролировала.

– Произошла ошибка, меня приняли за ведьму, но я никогда…

– Снимите с нее браслеты, – скомандовала блондинка, оторвавшись от своего брата.

Она направилась ко мне, а когда проходила мимо слуги, провела лезвие по его животу, оставляя тонкую красную полоску. Меня начало трясти сильнее. Я шагнула назад и врезалась в грудь Анира. Не обращая внимания на мои попытки вырваться, он ловко избавил меня от браслетов с помощью ключика и толкнул вперед, прямо в руки Дареи. Вблизи она оказалась еще красивее, практически идеальной, без единого изъяна. И была выше на голову.

Улыбнувшись, девушка положила руку на мои плечи и медленно подвела к столу, на котором лежал бедный измученный слуга.

– Каким даром ты обладаешь, ведьма? – прошептала на ухо Дарея.  Я послала умоляющий взгляд Анэлю, а тот лишь хмыкнул и допил содержимое кубка. Тут же подбежал слуга и подлил еще жидкости черного цвета.

– Я не…

– Тшшшш!

Дарея поднесла нож к моему лицу, и я действительно стихла. И дышать на всякий случай перестала.

– Ты все мне расскажешь, маленькая ведьма.

Блондинистая инквизиторша прижала холодное лезвие к моей щеке, и я вздрогнула, закрыв глаза.

Боли не последовало, только довольный голос Дареи.

– Дрожит, как листочек на ветру. Не похожа она на ведьму. Но я ведь чувствую. Она полна жизненной энергии. Знаю! Ты – целительница.

– Испытай ее, – подсказал дрянной мерзавец.

Блондинка довольно кивнула, а в следующее мгновение вонзила нож в грудь пареньку. Он застонал, а мне поплохело, ноги подкосились, и я бы упала, если бы ненормальная меня не поддержала.

– Исцеляй, – приказала она.

Я зажмурилась, пытаясь отогнать подступившую тошноту, и постаралась  прогнать от себя видения кровавой сцены. Просто закрыться от этого, дышать ровно и ни о чем не думать. Я представила себя страусом, засунувшим голову в песок.

– Он истекает кровью, ведьма, – раздался мерзкий шепот над ухом. А вдобавок к нему – протяжный стон умирающего.

Нет, черт возьми. Оградиться не удастся. Некуда мне бежать, нет возможности скрыться.