Свет твоей души

В первые секунды это жесткое прикосновение сложно было назвать поцелуем. Скорее мужчина клеймил меня. Именно такие возникли ассоциации. Но через мгновение, не почувствовав сопротивления, он стал неописуемо нежным. Будто только сейчас осознал, что в его руках находилось нечто хрупкое и драгоценное – женщина. Прекрасна женщина. Я!

А я что? Поначалу впала в ступор, ожидая чего угодно, но только не домогательств. Потом, неожиданно для себя, вместо того, чтобы сопротивляться, начала прислушиваться к собственным ощущением.

А потом и вовсе немыслимо! Поняла, что мне нравится. Не просто нравится, а полнейший восторг. Все признаки потери головы – мурашки по коже, бабочки в животе, дрожь в пальцах, грохот сердца и подкашивание ножек. Та самая химическая реакция, которую ни с чем не спутаешь и никак не сможешь отрицать. Даже запах Сатара действовал на меня, как афродизиак.

И я отвечала. На каждое ласковое, но настойчивое прикосновение губ. Позабыв обо всем на свете, просто отдавшись странному порыву быть рядом с этим мужчиной, позволив себе ощутить мгновение нежности, хоть на миг побыть слабой в руках сильного.

Это чувство опьяняло не хуже алкоголя. Но эффект был не долгим.

Я испугалась. Чего именно – не поняла сама. Или того, что все это быстро закончится, а потом мне придется краснеть. Или того, что Сатар лишь играл мною так же, как и остальные. А я не могла ему этого позволить.

Первая его оттолкнула, а он меня отпустил. Поймав мой взгляд, не требующих лишних слов, он тяжело вздохнул и нехотя направился к выходу.

Я видела, как побелели костяшки его пальцев, когда он схватился за ручку двери. Он замялся там, стоя ко мне спиной, будто хотел сказать что-то, но сдерживал себя.

– Иди-иди, – поторопила я. Меня все злило. Его нерешительность, тяжелые вздохи и взгляды. Его наглость, в конце концов.

Сатар ушел, а я, не понимая своих чувств, дико разозлилась.  Возникло непреодолимое желание запустить что-то тяжелое ему вслед. А раз желание непреодолимое, то противиться нет смысла.

Лишь разбив о стену вазочку, я попыталась понять, почему так бесилась. И пришла к логическому заключению, что столь эмоциональной мне быть положено ввиду обстоятельств.

– Хотят – продают, хотят – целуют, – ворчала я, расхаживая по комнате. – Беспредел!

***

Комнатушка оказалась для меня клеткой. За день никто не зашел проведать, поприставать или отомстить. И к вечеру я даже слегка разочаровалась.

– Обо мне просто забыли! – возмутилась я.