Маленькая ложь

Он даже не пытался извиниться за свою подлую измену, а выставлял виноватой меня. Но моя вина была лишь в том, что я не сказала ему о ребенке.

В гостях у мамы мы бывали очень часто. Два раза в месяц я приезжала на два-три дня. Ночевали мы с сыном не в моей комнате, а в гостиной, потому что она была просторнее и светлее. У стены стояла кроватка, я спала на диване рядом с ней, напротив был телевизор. Малыш был очень беспокойным, с шести месяцев активно прорезались зубки, и я частично забыла, что такое сон.

Мама, услышав, что Даня проснулся, пришла к нему его успокоить. Она качала его на руках и гладила по спинке. Заметив нас, она замерла и перевела на Олега встревоженный взгляд.

– Ты покорми его, Лера, и мы пойдем прогуляемся, а вы с Олегом спокойно поговорите, – предложила мама.

Мне бы иметь хоть каплю такого самообладания. Ничего не ответив, я взяла Даню на руки и повернулась с сыном к Олегу. Это выражение лица и застывшее потрясение в глазах бывшего мужа я, наверное, запомню до конца своих дней.

Он с минуту стоял на месте и смотрел на сына, словно пытался разглядеть каждую черточку его лица. Я ощущала внутри нарастающую панику. Мне еще никогда так сильно не хотелось иметь какой-нибудь дар, я бы не отказалась уметь перемещаться в пространстве и времени. Хотя… вместо часов иногда нужен компас, потому что мало вернуться в прошлое или заглянуть в будущее. Важно выбрать правильное направление и не ощущать при этом зияющей черной дыры в груди.

Олег подошел к нам, протянул руку и коснулся щечки сына кончиком пальца.

– Какой он маленький… – тихо проговорил он, а в следующее мгновение взял его на руки и прижал к себе. – Даниил, Даня, – словно пробовал на вкус его имя и глубоко вдыхал запах его макушки.

Сын не заплакал, хотя всегда настороженно относился к посторонним и чужим людям. Смотрел на меня своими большими глазами-пуговками и трепал Олега за ворот пиджака крохотными пальчиками. Он даже пока еще не понимал, что сейчас происходит, а я, наблюдая за этой картиной, мысленно просила Бога дать мне сил выдержать это все.

Потому что Олег не отступится от своего, а я не смогу его простить. Даже ради ребенка.

7

– Я покормлю его, – мне не хотелось прерывать знакомство отца и сына, но и нахождение Олега в квартире уже и так вышло за рамки. За рамки времени и моего душевного спокойствия и равновесия.

– Выйди, – я кивнула в сторону двери.

– Ты еще кормишь грудью? – удивился он.