Разводы (сборник)

Особенно она не доверяет самолётам. Считает, у какой-нибудь хищницы непременно застрянет чемодан в проходе. И это будет ловушка. Я полезу помогать. Хищница скажет медовым голосом:

– Вы так мужественны.

– Бросьте, пустяки.

– Тогда можете тащить и дальше.

– Вы так добры.

– Вы бы изумились моей доброте, если бы узнали меня поближе!

Потом мы с хищницей возьмём одно такси на двоих. Случайно встретимся в ресторане. Через три дня я пошлю домой трусливое СМС о том, что судьба полна сюрпризов.

Сочинив себе трагедию, моя татарская жена готовится к разводу.

Она всё делает основательно, с душой. Решает, кто где будет жить. Составляет список утех, на которые не находила времени, пока тратила молодость на меня. Она намечает ряд пробных развлечений. Бассейн, лекции о Тарковском, живопись, лыжи, курсы виноделов.

И вот я возвращаюсь, – а меня уже никто не встречает! Ей некогда! У жены йога и школа экстремального вождения с каким-то Костей.

Одиноко трясясь в такси, я мучительно вспоминаю, чем таким довёл нашу жизнь до лекций о Тарковском.

Я рассказал жене про её Родину. Про чак-чак, про Сююмбике, показал фото с концерта. В круговерти моих гастролей не осталось ни просвета, ни малой щёлочки для аморальных женщин.

– Где, где в моей истории порочные чемоданы? – кричал я жене. Но она не слышит. У неё бассейн по расписанию. Она проплывёт двадцать километров в прохладной воде и простит мне свои фантазии. И снова примется растить из меня толстого, воспитанного писателя.

Татарская основательность у неё в крови.

* * *

Самое трудное в экскурсии – объяснить, почему ты её не хочешь. Первые три тысячи экскурсий как-то ещё нравятся. Потом башни и красавицы сливаются в одну историю о том, как она ему не дала.

В начале экскурсии очень удобно иметь сломанную ногу. Мы даже хотели завести съёмный гипс.

«Я бы с радостью, но вы же видите», – можно сказать, размахивая переломом.

Мы пошли в башню, где жила красавица.

В Германии за каждым углом есть пустая башня из-под красавицы.

В средние века целая их банда опутала страну. Путник вынужден был решать шарады, вычерпывать озёра и убивать какое-нибудь сказочное животное. За всё это полагался поцелуй. Так себе расценки. Я крайне благодарен резиновым японским женщинам, обрушившим этот пузырь на рынке поцелуев.

Мы пёрлись по лесу, потом в гору, потом на башню. Экскурсовод Женя рассказал предание:

Однажды в башню пришёл мужчина.