Губа не дура

Возможно, от нанесенных ударов, но голову Свята посетили именно такие мысли. Раньше их не было. Но, если разобраться, то это даже не покер таков, вся наша жизнь построена по принципу черных и белых полос. Игра лишь помогает усвоить эту аксиому в сжатые сроки. В итоге проиграют все. Дело лишь в том, чтобы успеть откусить от пирога, пока тебе позволяют это сделать. Один старик, катала былых времен, говорил: «Выиграл – не радуйся, проиграл – не плачь». Но Свят не может не плакать, черт подери, он течет, словно школьница.

– Эй, ты как вообще? – над Святом нависает ЭлЭм. Левый глаз парня затянут обильной гематомой.

– Да, вроде живой.

ЭлЭм помогает товарищу встать. Кровоточащие и опухшие, они напоминают двух пришельцев, спустившихся с летающих тарелок в ночной город для занятий эксгибиционизмом. Перевернув на спину Костыля, парни обнаруживают, что его лицо почти не пострадало – за исключением счесанного лба.

– Братан, ау, просыпайся, – трясет Костю ЭлЭм. – Ты хоть дышишь? – он щупает пульс товарища.

– Сплюнь, Вася.

Руки Свята дрожат от холода, башку сковывают спазмы, желудок жаждет выплюнуть содержимое наружу, и парень больше не думает ни о деньгах, ни о картах, ни о казино Лас Вегаса. Единственное, чего он хочет, самое заветное его желание, самая острая потребность из когда-либо возникавших – принять горячую ванну, приложить к лицу лед и отрубиться до следующих суток.

В конце концов, Костыль приходит в себя. Приподнявшись на локтях, он обводит потерянным взглядом друзей:

– Пацаны, мы в жопе?

Превозмогая боль и протирая разорванным рукавом слезящиеся глаза, Свят хмыкает.

–Ты никогда не проникал в нее так глубоко, как сейчас.

***

В государственных больницах Свят всегда чувствовал себя угнетенно. Большинство докторов – либо измученные, уставшие от гадских условий труда люди, у которых просто нет моральных сил вести себя с пациентом участливо; либо отмороженные суки, только и думающие о том, как поскорее его, то есть пациента, сбагрить. Старые, убитые помещения; угрюмые лица людей в очередях; полное равнодушие персонала – все это заставит почувствовать себя больным даже того, кто просто пришел за справкой о диспансеризации для работы.

Не говоря уже о Святе. Голова раскалывается, кости лица ноют, хочется блевануть, а еще больше – застрелиться. Сползая в кресле приемного покоя, он периодически пересчитывает количество людей в очереди. Нос Свята распух, под глазами синяки – так он похож на сонную панду.